Фоторобот в золоченой раме

В конечном итоге потерпевшего посылают в пешее сексуальное путешествие в лучших традициях – мол, купил фуфло, теперь оно твоё.

– Так откровенно и послали?

– Открытым текстом. Он пообещал кинуть заявление в полицию, в ответ выслушал от Ирины, что его самого посадят, потому что он уже сидел, ему не впервой. А Кононенко, человек со связями, с одними нашими большими генералами пересёкся, пожаловался на боль душевную. В результате мне этот материал сплавили.

– И что ты выяснил?

– Через Интерпол мы узнали, что перелицованные картины на аукционах скупал некто Омаров Роман Олегович.

В арт-бизнесе личность известная. Кличка Носорог, полукриминальный тип, близкий к грузинской диаспоре. Он же ввозил картины в Россию, кстати, под их истинным названием и авторством. То есть перелицовывали их здесь.

– А кто организовывал искусствоведческую экспертизу?

– Пока ещё не выяснили. На твою помощь рассчитываем, как это аккуратненько провернуть.

– Носорог с Левицкими в группе работал?

– Трудно сказать.

По слухам, Носорог – профессиональный перелицовщик. На него работают и художники, и эксперты. А Левицкие – обычные барыги. Берут вещь за три копейки и за сто рублей впаривают лоху.

– Обычно так и бывает, – отметил Платов. – У одних есть вещь. У других клиенты. И то и другое – капитал.

– В общем, дальше мы спокойно работаем по материалу. Доказуху потихоньку подтягиваем – и объяснения, и экспертизы, и прослушка. Жулики дёргаются. Понимают, что так просто всё это с рук им не сойдёт.

И тут я узнаю, что Кононенко едва не стал жертвой покушения.

– Считаешь, его заказал кто-то из этих жуликов?

– А других вариантов нет. Притом с равным успехом мог заказать и Носорог, и Левицкие. Когда два миллиона долларов на кону.

– В переходе из-за пятидесяти рублей могут финкой пощекотать.

– Понимаешь, Валер, дело это интересное и совершенно для меня новое. В ГУБЭПе я то рыбным хозяйством занимался, то казино, то Чечнёй. А ты специалист. Нужные бумаги на руководство вашего главка организуем.

Поработаем?

Платов на секунду задумался, потом с готовностью кивнул:

– Поработаем.

Он представить себе не мог, во что только что ввязался.

* * *

Всероссийский художественный научно-реставрационный центр имени академика Грабаря располагался на улице Радио, прямо напротив Следственного комитета России. Под это учреждение культуры отдали историческое здание бывшего туполевского КБ – оно до сих пор напоминало самолётный ангар.