Идеальное погружение

Единственное, что утешает, – общество Горчакова немного приятней, чем задушевный разговор с представителями местной полиции…

* * *

Мы сидим с Горчаковым в ночном баре. Кроме нас в небольшом зале, наполненном уютным светом и тихими звуками блюза, обосновалась компания молодых людей. Я заказал бокал пива, старик Горчаков – рюмку коньяка и плитку шоколада.

– Так что вас привело в далекий и заброшенный край? Хотите отдохнуть? Или приехали повидать старых друзей – бывших агентов разведки?

– Это ты, Женя, вечно молод, как Джеймс Бонд, – усмехается старик.

 – А в мои годы, чтобы повидать старых друзей, нужна доска для спиритических сеансов.

– Да ладно вам, Сергей Сергеевич! Вы еще тот огурец.

– Нашел огурца, – добродушно посмеивается он.

– То есть вы хотите сказать, что приехали сюда…

– Ты прав. Меня привело сюда дело. Серьезное и крайне срочное.

Он закуривает и приглушенным голосом рассказывает длинную историю о российском ученом Иванцове, открывшем средство против смертельно опасного штамма E.

coli, недавно обнаруженного в продуктах некоторых сетевых европейских магазинов. Судя по мрачному виду шефа, проблема действительно имеется. К тому же от финальной части рассказа вовсе не веет гуманизмом.

– …Ночью в небольшом медицинском поселке на острове Катандуанес случился пожар. Бунгало русской миссии сгорело дотла, – говорит Горчаков, выпуская струйки табачного дыма. – Прибывший с соседнего острова комиссар полиции обнаружил на пепелище труп, в котором была опознана молодая ассистентка доктора Иванцова.

– А что же с самим профессором?

– Его не нашли. Как и всех документов, связанных с его исследованиями…

Моему шефу около шестидесяти. Он руководит одним из департаментов ФСБ, имеет звание генерал-лейтенанта, но форму надевает крайне редко. Горчаков щупл, небольшого росточка; седые волосы обрамляют лицо с правильными чертами. От частого курения кожа рук и лица кажется тонкой и почти не имеющей цвета. Однако его внешность мало отвечает внутреннему содержанию.

Он принципиален до садизма, разжалобить его нельзя, запугать нереально, подкупить невозможно. Однако при некоторых недостатках характера он остается великолепным профессионалом и достойным человеком. Иногда Сергей Сергеевич может наорать, вспылить или объявить взыскание – в девяти из десяти случаев это произойдет заслуженно, а в десятом, осознав свою ошибку, он не побрезгует извиниться и пожать руку.