Идущие напролом

Положение спас Бондаренков, который представил инструкторов и переводчиков начальнику учебного центра. Полковник Августин первый раз лично приехал в гостиницу, чтобы познакомиться с Угрюмовым, а тот, как назло, набрался до чертиков. Духота, смена часовых поясов, укусы насекомых и алкоголь до неузнаваемости изменили внешность чиновника. Узкое лицо стало одутловатым и почернело, глаза заплыли, а присутствие Угрюмова вблизи можно было определить с завязанными глазами по запаху ацетона и спирта.

На небольшом пятачке перед гостиницей толпились офицеры. Вид у всех был, что говорится, убитый. Измученные духотой лица, уставший взгляд, осиплые голоса.

– Чего собрались? – удивился Олег, мечтавший снять куртку и ополоснуться. С водой были проблемы. Утром ее привозили в канистрах и распределяли по номерам.

– Угрюмов совсем спятил, – раздался расстроенный голос Бобуркова.

– Чего он снова задумал? – насторожился Олег.

– Сказал, что сейчас построение, после которого он проверит порядок в номерах.

– Офонареть! – протянул Олег.

– Не много ли он на себя берет?! – стал возмущаться Комасов. – Понимаю, был бы при погонах. А так…

– Дурдом, – вздохнул кто-то.

– Идет!

Олег посмотрел на выход из гостиницы. Из полумрака коридора появился силуэт человека, который по мере приближения приобрел черты изрядно пьяного Угрюмова. На этот раз чиновник вырядился в военную форму без знаков различия.

– Выдрыхся за день, – констатировал Монах.

– Может, отправить его куда подальше? – предложил Широков. – Имеем право.

– Отправь, – великодушно разрешил Бондаренков.

Между тем Угрюмов вышел на крыльцо. Увидев подчиненных, напыжился, однако тут же сошел с лица на нет, побледнел и схватился за грудь.

– Неужели поплохело? – обрадовался кто-то.

Однако чиновник справился с ощущениями, одернул курку и округлил глаза:

– Строиться!

– Может, хватит глумиться?! – взорвался Бондаренков.

– А кто сказал, что будет легко? – вытянув губы, протянул Угрюмов.

– Становись! – нехотя скомандовал Бондаренков.

Офицеры построились в две шеренги. За инструкторами встали переводчики.

– Когда угомонится? – прошептал стоящий позади Олега Монах.

– Надо ему бабу найти! – хохотнул кто-то.