Каменная бойня

«Ну, – отвечаю, – как тебе сказать… Ты, что ли, будешь доставлять мне такую радость?» – «А может, и я», – отвечает то ли Мопсик, то ли Ливерпуль. И вот тут-то я задумался. Зелье на меня, понимаешь ли, продолжает действовать, а я – в размышлениях. Вот такая у меня опасная работа ради того, чтобы ты выбился в подполковники!

– И что же ты им ответил? – не обращая внимания на последнюю реплику, спросил Мешалкин.

– Ливерпулю и Мопсику? А что я им мог ответить? Ведь они предлагали мне поучаствовать в распространении этого самого «тоннеля».

– Еще как понимаю, – ответил Мешалкин. – Именно в том и состоял их намек.

– А оно мне надо, такое горе? – сказал Вокалист иронично и одновременно горестно. – Ведь когда я попадусь, а попадусь я обязательно, ты, небось, не станешь вытаскивать меня из тюрьмы? Не такая это статья – торговля наркотиками, – чтобы хватило даже твоего авторитета! Я прав или я не прав?

– Наверно, прав, – вздохнул Мешалкин.

– Вот видишь! А потому ну его к лешему, такое удовольствие. Я сделал вид, что подумаю над предложением, а сам-то я решил от него отказаться. Тут, ежели отказаться по-умному, то никаких последствий быть для меня не должно. Да и сами они, Ливерпуль с Мопсиком, ничего такого мне не говорили. Только намекнули… А намек – это не доказательство. Намек к делу не пришьешь.

– Значит, ты утверждаешь, что Ливерпуль и Мопсик торгуют этим самым «тоннелем»? – спросил Мешалкин.

– Ничего я не утверждаю, – ответил Вокалист. – Ты посуди сам – как я могу это утверждать? Тут нужны доказательства, а их у меня нет. Говорю же тебе – только прозрачные намеки. А намек – дело ненадежное. Тут, понимаешь ли, одно из двух. Либо они и вправду торгуют «тоннелем», либо так, блефуют. Ну, например, чтобы показаться важными персонами перед теми своими девахами, у которых ни заду, ни переду… Хотя может быть и третий вариант.

– Кто попросил? – не понял Мешалкин.

– Настоящие торговцы, кто же еще! – пожал плечами агент. – Оптовики. Думаю, что так оно и есть на самом деле. Торговля наркотиками, а тем более новым наркотиком, – дело такое… Тут, понимаешь ли, без доверия нельзя.