Крестный. Политика на крови

Когда началась драка, Юля невольно вскрикнула:

– Он же его задавит!

Шофер Терентьич, оценивающим взглядом оглядев соперников, протянул:

– Не-ет, Серега мужик здоровый и в хорошей форме, а этот уж больно рыхловат будет, разжирел на бандитских харчах.

– А почему он все время называет Потапова Крестным? Откуда это прозвище? – не отрывая взгляда от происходящего, спросила Юля.

– Долго объяснять, – отмахнулся Терентьич. Он сильно нервничал, постоянно оглядывался по сторонам и регулярно давил ногой на педаль газа.

 – Просто когда-то он выступал крестным отцом на крестинах своих друзей… Вот с тех пор и повелось за ним это прозвище.

– А где теперь эти его друзья? – спросила Юля.

– Одного убили, другой… тоже мертв, – коротко ответил Терентьич.

В этот момент помощники растащили Потапова и Барыбу. Терентьич быстро повернулся к Юле и сказал:

– Ну-ка, дочка, подай мне черную сумку, что сзади тебя в багажном отделении стоит.

Юля развернулась и, вынув сумку, передала ее водителю.

Тот извлек из нее небольшую антенну, которую поставил на заднее сиденье рядом с Юлей. Затем Терентьич вынул из сумки прибор, напоминающий магнитофон. Во всяком случае, гнездо для кассеты в нем было и кассета стояла на месте.

Терентьич подсоединил провод антенны к прибору и включил запись. Валики кассеты закрутились. Терентьич вставил в ухо маленький микрофон, также подсоединенный к прибору, и стал слушать. Что именно, Юля не поняла, так как звук водитель не включал.

Барыба нервно одернул лацкан своей куртки и произнес, задыхаясь:

– Слушай сюда, Крестный. Ты, падла, себя больно крутым возомнил после того, как всякое старье тебя в воры короновало. К власти рвешься, в политику полез. Но сам того не знаешь, что перешел дорогу по-настоящему крутым людям. У тебя есть еще время подумать и свалить с выборов, пока не поздно, не то тебя раздавят, как щенка паровозом, пикнуть не успеешь… Я же тебя сам и раздавлю, – Барыба скривился в злорадной усмешке.

 – Считай, что я тебя последний раз по-хорошему предупредил.

– А первое предупреждение было, когда вы моих людей на улице Хвесина дубинками отходили? – спросил Сергей.

– В следующий раз мы не только твоих шестерок покалечим, но тебе уши отрежем, – ответил Барыба. – А теперь вали отсюда по-быстрому. Не то я передумаю тебя целехоньким выпускать…

Потапов молча сплюнул и, повернувшись, пошел к своему джипу.