Крестный. Политика на крови

Юля ощутила на своих пальцах что-то липкое.

«Кровь, – мгновенно пронеслось в ее голове. – Господи, надо быстро вызывать «Скорую».

* * *

– Не верю я в эти политические игры, – упрямо твердил Гаврилов, водружая очки на нос. – И политикам я тоже не верю. Никто не дает больше невыполнимых обещаний, чем они. Да это самые беспредельщики, для них никаких правил и понятий не существует, одни лишь политические интересы!

– Никому не верить – это первое правило, ему ты меня еще на пересылке учил, в самом начале моего срока, – спокойно ответил старику Потапов.

 – Вступая в эту игру, я руководствуюсь не только своими интересами, но и беру в расчет интересы других тоже. Пойми, Василий Петрович, без политического прикрытия, без своей руки в структурах власти работать будет все тяжелее и тяжелее.

– Политическое прикрытие, мать их!.. – выругался старик и, поднявшись из-за письменного стола, прошелся по комнате.

Неожиданно он схватил лежащую на кресле газету и потряс в воздухе:

– Как эту агитацию читаю, так даже у меня, старого зэка, много чего повидавшего на своем веку, на душе мерзко становится.

Кого нам предлагают? Один мудила, другой педрила… Да этих козлов за бабки всегда купить можно, и будет у тебя своя рука во власти!

– Покупать после выборов дороже, цены будут уже другие, – парировал Потапов, – а надежность такого прихвата слабоватая. Мне эти рожи тоже не нравятся, вот поэтому я своего человека во власть толкнуть хочу.

– Ну а почему не ты сам? – неожиданно спросил Гаврилов.

 – Почему бы тебе, Сережа, самому не рвануть на пост городского главы? Зачем нужны эти прокладки между тобой и политикой.

– Почему не я? – усмехнувшись, спросил Потапов. – Да потому, что я вор в законе, ты сам меня короновал, я криминальный авторитет по прозвищу Крестный, бизнесмен с уголовным прошлым, это самое мягкое определение, которое мне дают! Да как только я вылезу, против меня объединятся все-все мои соперники и получат при этом поддержку сверху. После чего меня просто и без всяких формальностей уберут с дистанции, посадив до конца выборов на нары по липовому делу, которое потом даже до суда доводить не будут.

Зачем? Выборы уже пройдут, и ничего не воротишь – ни денег, ни перспектив.

Старик молча слушал взволнованную речь Потапова, задумчиво покусывая дужку своих очков.

– Нет, Василий Петрович, я для них опаснее, когда чуть в тени стою, являюсь этаким серым кардиналом. В этом случае меня достать труднее, – подвел итог Потапов.