Крестный. Путь наверх (сборник)

Сергей успел только крикнуть, предупредив друга об опасности:

– Андрюха! Сзади!

Карпов среагировал мгновенно. Развернувшись в пол-оборота, он выставил перед собой правую кисть, перехватив руку Кривули, занесенную над ним с ножом. Затем привычным, натренированным движением резко рванул руку бандита вниз, вывернув ее при этом.

Все произошло так быстро, что Потапов даже не успел засечь взглядом, как нож Кривули вонзился ему же в живот. Поверженный бандит, уставившись безумным взглядом на рукоять ножа, торчащего в его теле, отшатнулся назад и медленно повалился на пол.

Несколько секунд Сергей и Карпов смотрели на Кривулю, затем Потапов, опомнившийся первым, скомандовал:

– Быстро валим отсюда!

Через пять минут, прихватив по пути Бойко и Кулешова, они всей компанией выбежали из ресторана и сели в машину.

– Зачем ты его ножом ударил? Можно же было и без этого обойтись? – скорее от досады, чем всерьез, спросил Потапов по пути домой.

– Ну, знаешь, в той ситуации или он меня, или я его пописать должен был, – возмущенно развел руками Карпов, но, немного успокоившись, добавил:

– Конечно, не рассчитал немного – выпимши был, вот рефлексы и сработали… Да ну и хер с ним, собаке собачья смерть.

– Не знаю, – задумчиво глядя в окно автомобиля, ответил Потапов, – если он спекся, то из-за мокрухи и зацепить могут, тут бабками трудно будет отмазаться…

* * *

Потапов ошибся только в одном – врачи спасли жизнь Кривуле, он выжил и на этот раз, хотя и остался инвалидом.

Но уже в реанимации, придя в сознание, он против всех неписаных понятий братвы дал показания на Потапова и его друга. Свои показания он и его подельники впоследствии подтвердили на суде, исказив их в свою пользу и нарисовавшись стороной, пострадавшей в конфликте.

Потапова и его друзей всех повязали на следующий день на квартире Карпова во время церемонии крестин новорожденного сына Андрея.

Молодой батюшка, приглашенный на крестины, с изумлением смотрел, как в квартиру ворвались одетые в камуфляж и вооруженные автоматами омоновцы, которые, повалив мужчин на пол, защелкнули на их запястьях наручники.

Затем под плач новорожденного и крики женщин всех арестованных вывели во двор, где стали грузить в автобус.

Эта процедура не могла не подействовать угнетающе не только на женщин и детей, но и на самих арестованных. Особенно подавленным выглядел Карпов.