Им равных нет

– Ну ты посмотри, каков гусь! И ведь не запнется ни на секунду, – покачал головой Кутасов.

– Пустышка, – бросил Председатель Совбеза.

– Пустышка не пустышка. А развернулся-то как.

– Я его, мерзавца, хорошо знаю. Вряд ли наши заморские друзья сделали бы ставку на него. Он слаб… Это ширма. Кто-то из его окружения в этом театре марионеток за ниточки дергает.

– И как считаешь: кто?

– Есть несколько кандидатур… Вообще-то, об этом должен спрашивать у тебя я, друг мой. Кто из нас руководитель самой мощной в стране спецслужбы?

– Кукловода мы вычислим, – заверил директор АФБ.

 – А дальше? Знаешь же, что такая информация ничего не значит, если не подкреплена готовностью к силовым решениям. Ситуация усугубляется с каждым днем. И никаких политических решений не принимается.

– Да, теряем время.

– Это не самое страшное, – сказал директор АФБ.

– А что самое страшное? – скептически спросил начальник Совбеза, продолжая глядеть на экран.

– То, что мы можем потерять все…

Глава 8

Сегодня здесь, а завтра там,

Вступает в бой

Привычно круто.

Когда с брони, когда с борта

Десантно-штурмовая группа…

Эту песню то ли напевал, то ли нашептывал Бизон, барабаня пальцами по колену. Шум авиационных двигателей заглушал его слова…

Глубокая заброска… Для командира группы Ника это была незнамо какая по счету боевая операция. Как всегда в предчувствии боевой работы, он преображался, в глазах загорался азартный блеск. Акула был угрюм и циничен. Губы Цыгана кривила ироническая усмешка.

Фауст о чем-то сосредоточенно думал, но его мысли витали далеко от задания. За долгие годы боевой работы он научился быть психологически готовым к любой ситуации и привык не волноваться ни по какому поводу. По уровню непробиваемости с ним не мог сравниться никто, его нервная система по крепости уступала лишь его аппетиту…

Бизон впал в подобие ступора и только напевал себе под нос слова из бесчисленных песен, живущих в его памяти. За внешним спокойствием он скрывал огромное нервное напряжение.

В такой переделке ему еще бывать не приходилось. Работа в зеленке в Ичкерии и боевые операции на границе с Грузией, выявление и отработка баз и схронов боевиков ни в какое сравнение не шли с предстоящей задачей…

В голову лезли непрошеные мысли. Воспоминания. И точил червь: а стоило ли ему прилагать такие усилия, чтобы очутиться в этом несущемся в темноту десантном самолете и, дождавшись приказа «пошел», шагнуть в неизвестность? Навстречу выстрелам.