Кровавая регата

– Кстати, я сам хотел позвонить, ты меня опередил. Что там насчет виноградника в Приморском? Люди интересуются.

– Я возбудил доследственную проверку по факту заявления. Пока ищу, за что зацепиться. Там сложно, Радик.

– Если мне не изменяет память, то эта земля была приобретена в девяносто втором году. Наверняка в документах найдутся какие-нибудь юридические или процессуальные огрехи. Поищи хорошенько. Твоя задача – довести дело до суда. А там Нина уже разберется.

– Конечно.

– Я сейчас по делам в Ереване, буду через неделю.

У тебя все или что-нибудь еще? Говори быстрее, мне звонят с другой линии.

– Я даже не знаю. Вот Арам приглашает меня в Геленджик.

– Хорошо! – Радик усмехнулся. – Хочешь развеяться? Возьми деньги у Гарика, я ему сейчас позвоню. Все?

– Да, все.

– Увидимся. – сказал Радик, и в трубке зазвучал сигнал отбоя.

Арам, сын Радика от первого брака, сутулый невысокий парень с большими черными глазами, подъехал к управлению через десять минут. Красная низкая «Феррари», порыкивая мотором, сделала поворот в неположенном месте, развернулась через двойную сплошную и закатилась на стоянку управления, прямо под знак «Только для служебного транспорта».

Арам увидел Вадима и коротко просигналил. Тот махнул ему рукой и пошел к машине.

В зарешеченном окне первого этажа отдернулась плотная штора. Там появилась физиономия дежурного. Он глянул на стоянку, исчез и задернул штору обратно.

Молодые люди общались, но особой дружбы между ними не было.

Оба чувствовали себя равными по социальному положению и не зависели друг от друга. Это их и сближало. Отец Арама – серьезный бизнесмен, мать Вадима – судья, влиятельный государственный служащий. Соединение этих двух статусов давало массу преимуществ, позволяло создавать материальные блага и пользоваться ими гораздо в большей степени, чем если бы эти люди жили и действовали поодиночке.

Арам вышел из машины, обнял Вадима, улыбнулся и спросил на армянском:

– Как ты, брат?

Вадим, знавший десяток армянских расхожих выражений, ответил ему соответственно, стараясь в точности скопировать выговор Арама.

Тот засмеялся и спросил уже по-русски:

– На которой поедем? На твоей или на моей?

Вадим посмотрел на свой «порш», махнул рукой и заявил:

– Да ну его. Накатался уже. Да и голова что-то тяжелая. Пусть постоит здесь, тем более под охраной. Давай на твоей ласточке прокатимся с ветерком. И Лену по дороге захватим.

Арам поморщился.