Курьеры специального назначения

Во-первых, ему уже не раз доводилось встречать таких вот «капитанов в отставке», а во-вторых, у него было такое отличное настроение, что сложившаяся ситуация его только забавляла.

Возвращаясь к себе в купе, Роман обратил внимание на то, что рядом с ними тоже ехала веселая компания. Громкие разговоры и смех не оставляли сомнений, что за дверями соседнего купе происходит негрустная поездка.

Стоило им только войти к себе в купе, как Иван тут же достал свою сумку и, открыв ее, стал извлекать из нее всевозможные продукты.

В заключение он достал початую литровую бутылку украинской горилки, на дне которой плавал ярко-красный стручок перца. С грохотом поставив ее на стол, Иван выдохнул:

– Всё!

Затем, посмотрев на девушку, поинтересовался:

– А вы, Людмила, не желаете составить нам компанию? Разбавить, так сказать, наше мужское общество? Правда, кроме водки, у нас из спиртного ничего нет, но это дело легко поправимое – можем сходить! Правда, Ромаха?

Ротный молча кивнул в ответ и украдкой, так, чтобы девушка не видела, показал Ивану жестом, чтобы он не трогал ее.

Попутчик заговорщицки подмигнул в ответ и, взяв бутылку, стал разливать выпивку по стаканам.

За разговорами время пролетело быстро, и так же быстро закончилась горилка. Часы показывали послеобеденное время, и разгоряченные мужчины решили продолжить.

– Теперь моя очередь угощать, – твердо сказал Роман, наблюдая, как Иван достает свой бумажник.

– Да ладно! В кои-то веки встретил хорошего человека – и что, не могу себе позволить его угостить? – заплетающимся языком проговорил Иван, но Никонов, положив руку ему на портмоне, произнес:

– Не обсуждается, капитан! Сейчас я схожу в ресторан и принесу все, что надо.

– Я с тобой! – Иван сделал попытку встать, но тут же сел обратно.

– Ты лучше останься здесь. Я туда и обратно, – пообещал ротный, понимая, что Иван уже «хорош», а тащить его на себе ему не очень-то хотелось.

– Ладно, иди, – почему-то сразу согласился отставной капитан, хотя Роман предполагал, что уговоры могут затянуться надолго.

Как только Иван «накрыл поляну», Людмила, ни слова не говоря, перебралась на верхнюю полку, предоставляя мужчинам возможность остаться наедине. Теперь она с некоторым осуждением смотрела оттуда на Романа, понимая, что праздник еще не закончился. Ротный хотел что-то объяснить Людмиле, но понял, что в данном случае лучше промолчать.