Мины по-флотски

– А есть у него, как бы это сказать… – задумалась Сабурова, подбирая нужное слово, – режим обратного отсчета?

– Что ты имеешь в виду? – прищурился Боцман.

– Чтобы время на нем пошло вспять.

У Виталия прояснилось лицо.

– Молодец, Катя. Я об этом и не подумал. Он сбросил курсором по мине в точки, где подорвались сейнер и «Царица Савская». Затем вручную стал отгонять время на таймере.

Катя и Николай, затаив дыхание, следили за движением пульсирующих точек. Они описывали замысловатую траекторию, но уверенно приближались к берегу.

В итоге они сошлись и уперлись в береговую линию в пустынной местности неподалеку от рыбацкой деревни.

– Есть! – радостно выкрикнула Катя. – Раз они оказались в одно время в одной точке, то тут и думать уже не надо. Источник зла находится в этом месте. Отсюда их и сплавляют.

– Как это ты себе представляешь? – склонив голову к плечу, спросил Виталий. – Приносят на пляж и бросают в воду? Да их тут же волны назад прибьют.

– Не знаю как, но точно здесь, – не сдавалась Сабурова.

 – Твое сегодняшнее погружение многое прояснит.

– Мне не терпится уйти под воду.

Виталий тронул Сабаха за плечо, тот снова сделал вид, что ничего не слышал.

– Идем в эту точку. – Боцман показал на электронной карте. – Оттуда до деревни недалеко. Вы до машины пешком дойдете…

Сабах Диб заглушил двигатель. Лодка мягко уткнулась носом в песок. Пейзаж был удивительный. Обычно пляж – это или галька со скалами, или песчаная равнина. Но здесь песок сочетался со скалами.

Каменные громады торчали прямо из мелкого-мелкого песка. Такого, что хоть сразу в песочные часы засыпай.

– Мы пошли. Жди нас на этом самом месте.

Катя Сабурова, Николай Зиганиди и Сабах Диб выбрались на берег.

– Удачи! – Катя столкнула моторку.

– Приятно сознавать, что и вы сделаете доброе дело, – улыбнулся Боцман. – Так что удачи и вам.

* * *

Если ты находился у вершин власти, пользовался всеми ее благами, а затем изменил правителю, переметнулся к его недругам, то будь готов к тому, что станешь личным врагом диктатора со всеми вытекающими последствиями.

Тебе не будет покоя ни днем ни ночью. Каждый твой шаг по этой земле может стать последним.

Эту нехитрую истину знал и адмирал Хусейн Исмаиль, ни на минуту не забывал о ней. С одной стороны, он сильно поправил свои дела, перейдя на сторону повстанцев. Уцелели вклады в западных банках, никто не собирался больше блокировать его счета.