Морской дозор

На этих частотах эфир словно бы взбесился.

При соответствующей, – очень немалой, – мощности генератор «белого шума» – вещь страшная. Пройти созданную им радиозавесу практически невозможно.

Еще через несколько минут с переднего сиденья прозвучало:

– Давай выйдем на свежий воздух, Ти Сен. Дальше Чен справится один.

Они остановились ровно посредине между «Уралом» и «уазиком».

– Ты хорошо рассмотрел карту? – В голосе старшего китайца, а в том, что к нему относятся как к шефу, не оставалось никаких сомнений, звучало явственное возбуждение.

Что-то сродни охотничьему азарту.

– Хорошо, Чжоу-кун, – Ти Сен Цзин согнулся в почтительном полупоклоне. – Я был внимателен, как вы приказали, Чжоу-кун!

Такой ответ, особенно обращение, заканчивающееся на «кун», несомненно понравилось толстяку. На его щеках вновь, как при разговоре по спутниковому телефону, заиграл румянец. Он довольно улыбнулся.

Флексию «кун» лишь приблизительно можно перевести на русский язык как «господин». Она выражает безграничное доверие и уважение тому, к кому обращаются, абсолютную готовность повиноваться.

Наверное, ближе наше слово «повелитель». Такое обращение одного китайца к другому много чего скажет понимающему человеку.

Да, не рядовым, не простым хуатяо был похожий на борца-сумоиста Чжоу Фан Линь!

Он остро взглянул в лицо своего «адъютанта». В глазах толстяка читалась многолетняя привычка распоряжаться людскими судьбами, холодная, уверенная властность.

– У заброшенного рыбоконсервного завода… – он резко оборвал фразу.

 – И еще вот что: срочно организуй переброску аппаратуры на грузовик. Ты сам справишься с ней не хуже Чен Шеня. Все равно надобность в ее работе… – он растянул полные губы в какой-то мертвенной улыбке, – скоро… отпадет. А мне в «уазе» она не нужна. Мало ли на кого можно нарваться. Но! Организуй перегрузку так, чтобы глушение не прерывалось больше чем на минуту. За это время им не наладить связь.

Ти Сен Цзин вновь почтительно склонился перед своим боссом.

А уже через несколько минут тишину разорвал рев могучего двигателя «Урала» и фырчанье мотора «уазика».

Машины развернулись – на этот раз кабинами в противоположные стороны – и разъехались.

Таежный ветерок вновь быстро справился с выхлопной гарью, и все же казалось, что в лесном весеннем воздухе так и остался легкий, чуть заметный неприятный запашок чего-то…

Запашок провокации!

Глава 4

«Ми-26» шел вдоль берега Байкала на небольшой высоте, не более пятидесяти метров.