Морской дозор

Опять же, нет там настоящих моряков, одни… хм-м, скажем так, бурундуки сухопутные. А эти морские пехотинцы – проверенные ребята, наши североморцы. Сейчас, – Сорокин посмотрел на часы, – я тебя с их командиром познакомлю. Старший лейтенант, как и ты. Михаил Никифоров. Он родом с Байкала. Те места знает отлично. Глядишь, подружитесь.

Пристрастие контр-адмирала к точности было, очевидно, известно командиру взвода морских пехотинцев, потому что в тот же момент дверь кабинета распахнулась:

– Старший лейтенант Никифоров.

Прибыл по вашему приказанию.

Он внешне чем-то напоминал Полундру: тот же атлетизм фигуры, ни грамма лишнего жира, та же мягкая точность движений, заставляющая вспомнить повадки крупных хищников семейства кошачьих. И взгляд тоже спокойный, уверенный. Только вот глаза темно-карие и чуть раскосые, видать, текла в жилах Михаила капелька бурятской крови. Да еще немного ниже, но немного же и покоренастей Павлова.

«Интересно, – с отстраненным любопытством глядя на Никифорова, подумал Полундра, – сделал бы я его в рукопашном спарринге? Хм-м… Бабушка надвое сказала.

Надо будет предложить ему попробовать. Минут пять. Лучший способ познакомиться, однако!»

Забавно, что о том же, почти теми же самыми словами, думал исподтишка поглядывающий на знаменитого Полундру морской пехотинец.

– Каждый отпуск в родных местах провожу – в Усть-Баргузине, – подтвердил Никифоров слова контр-адмирала чуть спустя.

 – И еще двое парней из моего взвода тоже из Прибайкалья. Золотые ребята, настоящие сибиряки.

– Ну что ж, отлично. Знакомство ваше, орлы боевые, состоялось, – улыбнулся Сорокин двум старлеям – спецназовцам. – Красивых слов говорить не буду, не приучен. Как и вы оба. Но помните: я крепко на вас надеюсь. Если не мы, североморцы, то кто же, а?

Сергей и Михаил понимающе переглянулись: что тут ответишь? Да и не ждал от них контр-адмирал никакого ответа типа «рады стараться!», слишком умен был для этого, не любил риторики.

Делом докажем, что не зря на нас надеются, дело – оно убедительнее любых красивых слов. Некоторое время они молчали. Но молчание было не настороженным, а дружелюбным, согревающим, словно они знали друг друга не первый год. Искорка взаимной симпатии почти мгновенно проскочила между двумя молодыми офицерами.

– Теперь обговорим детали, – продолжил адмирал Сорокин.