Морской дозор

Да! Там еще фляжка, а в ней домашняя настойка на боярышнике, правда, немного. Папан все едино поддатый, не заметит, что я из четверти отлила. Решит, что сам с китаезой этой выжрал.

Один из солдат, который посмелее, и уже не первый, видать, раз бывавший на генеральской даче, взял из рук девушки пакеты:

– Спасибо тебе от всех нас, Леночка! Беги, пока родители не заметили, а то мать ругаться станет.

Она улыбнулась, кивнула и пропала за кустами, словно привиделась.

– Это кто же, – спросил один из солдатиков, похоже, впервые попавший на генеральскую каторгу.

 – Неужели дочка?! Ну-у, ни фига себе… Прямо это, как там его… мимолетное виденье, ядрены пассатижи!

– О-ох, я бы ей и вдул! – мечтательно простонал еще один, глядя вслед исчезнувшей за сиреневыми зарослями девушке и облизывая враз пересох-шие губы.

– А не заткнуть ли тебе пасть свою поганую. – Парень, державший пакеты с едой, недобро посмотрел на сексуально озабоченного вояку. – А то я счас так вдую, что ты навсегда слово такое забудешь.

Понимать же надо… Леночка к нам как к людям относится, так, значит, надо быть людьми! Даже непонятно, – продолжал он, успокоившись, – у двух таких тварей и какая дочка замечательная, а?

Впрямь удивительно, даже не верится. Недаром же говорят: «Яблочко от яблони недалеко падает». Надеяться, что в такой милой семейке появится совестливая, чуткая к чужой обиде дочь, столь же безнадежно, как ожидать, что на пальме вырастет редиска.

Однако нет правил без исключений. Как в самых лучших семьях, у людей, знакомством с которыми можно гордиться, дети изредка становятся отпетыми мерзавцами, так и в гнездышках типа берсентьевского, бывает, появляются птенцы, не похожие на родителей-стервятников.

Тут был как раз тот редкий счастливый случай. Для окружающих счастливый. Потому что для старшего поколения подобное несоответствие заканчивается, как правило, печально. Да и у детей, белых ворон в собственной семье, судьба обычно не складывается…

Назвать Леночку Берсентьеву красивой в том смысле слова, которое вкладывают в него жюри расплодившихся конкурсов фото – и всяких других моделей, пожалуй, было нельзя.

Рост не под два метра, как у Николь Кидман, носик натуральной славянской пипочкой, ноги растут не «от ушей», а попросту из задницы. Каковая часть тела стандартам мировой моды не соответствует уже тем, что ее можно разглядеть без микроскопа. Равно как и все другие характерные особенности уже вполне оформившейся фигуры.