Мастер выживания

– Главное – не испугаться в самом начале спуска, когда произойдет отрыв лавины, – продолжал рассказывать сноубордист, – потому что он будет сопровождаться сильным грохотом и ветром. Может показаться, что начался конец света, и тогда тебе потребуется собрать всю свою волю в кулак, чтобы не впасть в панику. Постепенно ветер утихнет, и ты будешь мчаться с горы, как бы находясь в вакууме.

Девушка с интересом слушала рассказ, не перебивая, но потом, видно не выдержав, все-таки спросила:

– А как ты к этому пришел?

– Да мы уже несколько лет на таких лавинах катаемся, – немного хвастливо сказал парень.

– Катаемся? – девушка с подозрением посмотрела на Альбиноса. – Но ведь лавина все-таки не лошадь в загоне – когда захотел, тогда и сел. Я думаю, надо знать, где и когда она сойдет?

– Все гораздо проще. Лавину можно запустить самому – к примеру, как шар в боулинге. Например, с помощью небольшого заряда…

Все случилось неожиданно. Самолет сначала влетел в большую темную тучу, и в салоне стало темно и жутко.

Было ощущение, что самолет летит ночью. Вдруг за окном блеснула яркая вспышка, и через секунду все услышали раскат грома. Самолет еле заметно качнуло, но этого хватило, чтобы на лицах многих пассажиров появился страх. Когда после раската грома все притихли, послышался шум за окнами. Даже не шум, а какой-то шелест. Это начинался сильный ливень со шквальным ветром…

Сначала был жаркий дымящийся горизонт. Потом маленькое облачко. Буквально на глазах оно расплылось, потемнело, набухло влагой, заклубилось и стало высекать искры напряжением в две тысячи вольт.

Молнии прорвали темно-синие клубки туч, и перед самолетом встала водяная стена. В какой-то момент пилотам показалось, что они находятся в подводной лодке.

В наушниках затрещало от близкого грозового разряда, и Михаил поспешно выключил все радиоприборы. Потом повернулся и посмотрел на Виктора. Как ни странно, тот был очень спокоен.

– Надо запросить землю, узнать, как у них с погодой. Нам через час приземляться, – сказал Виктор, не поворачиваясь.

– Слушаюсь, товарищ командир, – съязвил Михаил.

Сейчас в его зрачках отражался голубовато-красный шарик с искусственной полосой горизонта и самолетиком над ней. Авиагоризонт – главный прибор «слепого» полета. Самолетик плавно колышется над черточкой, и так же плавно пробивает толщу облаков мощный «Боинг». Звездочками светятся крупные дождевые капли, разбиваются о стекла и убегают вниз и в стороны. Шум мотора приглушенный, тяжелый.