Мы родились в тельняшках

Не дожидаясь поворота на трассу, он начал выбирать большим пальцем номера из бесконечного списка телефонов.

Сегодня четверг. Последний четверг месяца. В этот июльский, обещающий быть жарким день мэр Кралева – Десимир Янкович собирал большое совещание в просторном зале городского муниципалитета.

Сухой, с недобрым блеском в глазах, начальник и хозяйственник любил раздать отличившимся сестрам по серьгам, у неотличившихся отобрать часть зарплаты, накрутить хвосты всем подчиненным для пущей резвости, чтобы жизнь медом не казалась, и вдоволь поорать на всех в новенький микрофон.

Для Янковича это собрание было важнее, чем для города. А где еще он может оторваться по полной? И все в рамках закона. Нет такой статьи «моральное изнасилование».

Мэр пил апельсиновый сок, стоя на третьем, самом верхнем этаже у окна своего кабинета в одних брюках и носках. Его рабочее пространство, как хочет, так и стоит. Ну и что, что полуголым смотрит на площадь. Никто не видит. Стекла затонированы.

Мэр не мог видеть, как на стоянку рядом с администрацией встал неприметный светлый микроавтобус.

Как из него вышел средних лет невысокий лысеющий брюнет в отглаженном костюме, отпустил немолодого водителя в потной синей рубашке с коротким рукавом, после чего медленно пошел к центральному входу в мэрию.

Лоренк и Эгзон, сидя в салоне с плотно зашторенными окнами, с презрением посматривали на Фатоса. Они были ветеранами в прошлом и наемниками в настоящем, а кем был этот Фатос, человек какого-то Джезима? Трусливая, продажная туша.

Он не пойдет с ними. Ну и начхать.

Лоренк наклонился к Фатосу и резким движением выдернул пистолет из его кобуры.

– Тебе незачем, толстый.

– У нас семей нет, – последовал за приятелем Эгзон. – Вот моя семья, сука. – Он ткнул в толстое пузо стволом автомата.

Проводник заскулил.

Получив удовольствие, боевики отхлынули на место, поглаживая от нетерпения новенькие SIG SG 550.

– Сколько тебе заплатили, гнилушка?

Электронные часы беззвучно обозначили десять утра.

Руководитель посмотрел на них, как бык на красную тряпку. Глаза его начинали метать молнии.

«Пусть посидят, попарятся немного. Был бы действительно монстром, велел бы отключить кондиционеры в зале. Чтоб нюхнули дерьмеца собственного».

Так, накачивая себя, распаляясь и стервенея, мэр готовился задать жару.

«Какие у нас реки красивые: Ибар, Рибница, Западная Морава. Город ведь стоит на них, не курятник, не кроличьи клетки! А пляжи засерают.