Не жди, не кайся, не прощай

Кедрин перевел потускневший взгляд на Егорыча.

– Слушай, отец, а тут поблизости больше ничего подозрительного не валяется? Мне нужны два трупа. – Он выставил растопыренные пальцы.

– Где ж их взять? – Старик виновато развел руками. – Был бы второй, я бы непременно обнаружил. Но, видать, второй фартовый оказался. Утек, покуда мишка с его корешем разбирался.

Внезапно лейтенанту подумалось, что лучше бы медведь задрал обоих, а еще лучше, чтобы он, Егорыч, не совался сюда, а бродил с ружьишком где-нибудь от греха подальше.

Как-то нескладно все получалось. Неправильно.

– Плохо дело, – пробормотал Кедрин. – Это ж фартового теперь искать надо, это ж сидеть безвылазно в тайге и кормить комаров, вместо того чтобы загорать на Средиземном море.

– Каком-каком море? – переспросил Егорыч.

– Да хоть на каком. – Кедрин присел возле изглоданного трупа. – Суть не в этом, отец.

– А в чем?

Сидоркин с Зайцевым тоже насторожили уши, желая знать, что имеет в виду их командир.

Кедрин сплюнул, выпрямляясь во весь рост.

– Суть в том, что из одного жмура двух не слепишь. Группа крови, волосяной покров, то да се… Начнут сверять, обнаружат подлог, себе же дороже выйдет. А у меня билеты. И путевки… или как их там? Ваучеры. Немалых денег стоят.

– Ну да, – согласился Егорыч, не вполне понимая, о чем толкует ему этот лейтенант, лицо которого неожиданно потемнело, словно небо перед грозой.

– Вот если бы два трупа, – гнул свое Кедрин, не глядя на собеседника.

 – Хотя бы кусочек второго. Ступня, пальцы… Обязательно прокатило бы. С экспертизой ведь никто особо усердствовать не станет. Двое сбежали, двоих медведь съел. Всем хорошо, все довольны. Верно говорю, бойцы?

Сидоркин, глаза которого округлились и увеличились в размере чуть ли не вдвое, машинально кивнул. Зайцев растерянно пожал плечами.

– Верно, – вздохнул Кедрин, и Егорыч внезапно обнаружил, что кобура лейтенанта уже расстегнута, а правая рука его нащупывает рукоять пистолета.

– Э, – предостерегающе крикнул Егорыч, безуспешно пытаясь сорвать ружье с плеча. – Э! Ты что это удумал?

– Извини, отец.

Кедрин поднял пистолет, сдвинул большим пальцем предохранитель и нажал на спусковой крючок.

Бах! Левая сторона стариковской стеганки задымилась, из отверстия полетели клочья ваты. Приседая на ослабших ногах, Егорыч отступил на два шага, затем шагнул вперед и упал лицом вниз, так и не успев взять в руки двустволку.