Оранжевая рубашка смертника

Никто не стрелял, потому что не было целей, и можно случайно попасть в своих. Основную работу выполнит Белов со своей группой. Боковым зрением Котов заметил, что слева выскочили две фигуры. Кто-то из его бойцов короткими очередями свалил обоих. Все, нашумели и мы с этой стороны, подумал Котов, направляясь к машине, за которой сейчас должен был прятаться Зимин.

Он упал возле нее, прислушиваясь к бешеной стрельбе, которая уже велась по всей территории развалин. Очень редко стреляли длинными очередями. Частые и очень короткие очереди.

Или Белов уже всех перестрелял, или против нас тут ребята тренированные, с хорошей подготовкой, подумал Котов и только теперь сообразил, что Зимина около машины нет.

Высунувшись, он увидел два тела у крайней стены. Это те, кого свалил Крякин. Котов заглянул в машину. Зимина не было и в кабине. Голову оторву! Повоевать ему захотелось!

– Зима, я – Барс! Ответь, мать твою!..

– Барс, я – Зима! – громко и немного нервно ответил переводчик. – Заложники освобождены. Принял решения пока не выводить до полной зачистки.

– Сиди и не рыпайся! Седой!

– Заканчиваем, Барс! – сквозь грохот автоматных очередей ответил голос Белова. – Эх, епонский…

– Что у тебя?

– Да тут двое забаррикадировались и лупят из двух стволов как бешеные. Лимон, дотянись до них гранатами. Некогда!

– Осторожнее, Седой! Там может быть наш «клиент».

– Сова погнал его к вам.

– Барс, я – Сова! – запыхавшимся басом вклинился в разговор в эфире Савичев. – Спеленали голубчика.

Да лежи ты!..

Гулкий глухой удар с характерным выдохом, и довольный смешок Савичева. Кажется, он огрел кулаком пленника, чтобы тот не вырывался. И тут же два взрыва ручных гранат осветили место боя. Еще несколько очередей.

– Барс, я – Седой! У нас чисто.

Один за другим пошли доклады, и Котов поднялся в полный рост. Молодцы, быстро управились. Он вызвал Алейникова. Снайпер доложил, что, как только началась стрельба, удалявшаяся машина потушила фары. Или в низинку съехала, например, двинулась по сухому руслу реки, или остановилась.

Котов понимал, что вряд ли такое совпадение возможно, чтобы и русло, и начавшаяся стрельба, скорее всего, водитель просто потушил фары. Три, четыре или пять километров. Догоним, решил он и двинулся в развалины.

Трупы боевиков лежали там, где их застало начало боя. Вот двое часовых, снятых выстрелами бесшумного оружия, вот трое, бросившихся отстреливаться у стены, и всех троих положили чуть ли не одной очередью.