Оранжевая рубашка смертника

Но навскидку могу хоть дюжину вариантов набросать прямой и косвенной политической выгоды от этой акции.

– Ладно, не надо, – проворчал Котов, – я вам верю. Но зачем они убили Назими? Просто убрали высокопоставленного офицера флота? Чистой воды террористический акт?

– Меня это тоже смущает, Боря. Но для чего-то нужно. Например, чтобы его пост занял другой человек.

Сидорин увидел, что на траве рядом с капитаном лежит морской кортик, и взял его в руки. Подергав оружие, которое не хотело выходить из ножен, спросил:

– Это кортик Назими?

– Да.

Тот майор, что батальоном командовал в Суруме, мне отдал. На память. Только он не открывается. Там, наверное, что-то погнулось. Заклинило от взрыва.

Сидорин отодвинулся чуть в сторону и повернулся так, чтобы на кортик падал свет паркового фонаря. Попытки приложить силу и вытащить клинок ни к чему не привели. Тогда полковник достал из кармана складной нож, склонился над оружием и принялся в нем ковыряться. Через пару минут с металлическим щелчком пружины клинок вышел из ножен.

– Вот, защелка замка застряла, – прокомментировал он, разглядывая оружие.

Котов посмотрел на кортик и равнодушно взял его в руки. Повертев им перед собой, капитан вдруг замер. Сидорин с недоумением посмотрел на него и понял, что Котов смотрит на ту часть клинка, что непосредственно примыкает к рукояти.

– Ты что, Борис?

– Это не тот кортик…

– В смысле? Ты что имеешь в виду?

– Михаил Николаевич! – Котов оживился, и его глаза странно заблестели в полумраке.

 – Это кортик не Назими. Это другой кортик.

– А ты откуда знаешь?

– Вот отсюда. – Котов постучал ногтем указательного пальца по выбитому на клинке возле рукояти номеру. – Мне сама Мариам говорила, что у них с отцом очень трогательные отношения, которыми они очень дорожат. И даже так получилось, чисто случайно, что последние четыре цифры на номере кортика ее отца совпадают с датой ее рождения. Вот смотрите – 1809. И родилась она 18 сентября!

– Это не Назими?

– А с какого перепугу адмиралу флота надевать на пояс чужой кортик? Это наши могли перепутать, когда из сауны пьяные выбирались.

А мы с вами в Сирии. Вы понимаете?

– Интересно верблюд пляшет, – пробормотал Сидорин, беря в руки кортик. – Но ведь это означает, что в машине могла быть не Мариам, а совершенно другая девушка!

– Вот тут я с вами не согласен. Не утешайте, – угрюмо усмехнулся Котов. – Девушка, скорее всего, была настоящая. Для достоверности, так сказать.