Остров с кодовым замком

Романис, Дубаров и Кипреев двинулись в противоположную сторону.

Борис достал из сумки бинокль с прибором ночного видения, включил питание и поднес окуляры к глазам. Однообразная бледно-зеленая картина ближайших окрестностей ничего угрожающего в себе не таила. Никаких признаков присутствия людей даже при самом придирчивом осмотре обнаружить не удалось.

Гаврилин еще раз огляделся и тоже спустился в балку. Он придерживался руками за стволы сосен, липкие от смолы, и переступал с валуна на валун, пока не увидел в уже поредевшем полумраке ручеек, бегущий по склону.

Борис внезапно ощутил жажду, вылил из фляжки воду, уже заметно нагревшуюся, зачерпнул из ручья и с удовольствием напился свежей, студеной влаги.

В этот момент в полусотне шагов справа от него раздался негромкий короткой свист. Он поспешил в этом направлении, вскоре увидел за зеленью кустарников силуэты двух своих парней, расслышал их тихий говор. Это были Зубово и Гольчакин, которые почти одновременно нашли вход в какую-то пустоту в толще скальных пород.

– Внутрь мы уже заглядывали. Там вроде бы все нормально, – сообщил Зубово на правах завзятого диггера. – Потолок, стены и пол сухие. Кубатура приличная. К тому же нора уходит куда-то далеко вглубь, так что места хватит хоть для целой роты.

– Вот и отлично! – одобрил Борис. – Тут, кстати, неподалеку ручеек стекает по склону. Воду пробовал – вкусная.

– Чудесно! – обрадовался Захар. – Пойду хлебну маленько. А то что-то тоже пить захотелось.

– Я с тобой! – Жорка сбросил с плеча сумку, замурлыкал себе под нос что-то оптимистичное, жизнерадостное и вприпрыжку поспешил следом за ним.

Едва стихли их шаги, невдалеке вновь раздался шорох. Гаврилин увидел Романиса, Федькина, Дубарова и Кипреева, вынырнувших из сумрака. Парни сообщили командиру, что тоже нашли пару интересных пещер. К тому же, судя по всему, кто-то ранее обживал их.

– А тут, я гляжу, наши хлопцы тоже отыскали что-то такое, да? Но все это не вызывает у меня особого доверия.

Вон и вход какой-то неказистый, – с некоторым пренебрежением проговорил Кипреев.

Впрочем, заглянув в тесноватый зев пещеры и посветив вглубь фонариком, он неохотно признал, что это место, бесспорно, наилучшее. А уж наличие поблизости ручья и вовсе, по мнению Дубарова, делало ее настоящим подарком судьбы.

Остаток ночи ушел на обследование пещеры. В глубине она и в самом деле разделялась на три узких туннеля, уходящие под наклоном куда-то вниз, вверх и вбок.