Отожги не по-детски!

В гаражный бокс развязной походкой вошел Иннокентий, тощий владелец помятого «Порше». Пришел срок платить отступные за «нанесенный ущерб».

С улыбкой до ушей Иннокентий весело осведомился:

– Что, братан, еще одной развалюхой, кроме «Победы», решил прибарахлиться?

– Нет, это бизнес, деньги зарабатываю. Сделаю – продам, – Алексей спокойно выложил перед тощим пачку долларов, – забирай, и мы в расчете.

Иннокентий медлил. Его улыбка завяла, а взгляд скользил по кузову «Паккарда».

Рядом были разложены чертежи и старые фотоснимки, по которым Знаменские восстанавливали машину.

– Знаешь чего, братан, оставь деньги себе, – неожиданно предложил Иннокентий и вновь растянул губы в глумливой ухмылке. – Добрый я, понимаешь! Возьму у тебя вместо бабок этот металлолом – и в расчете.

Из-за «Паккарда» появился Роман. Вытирая руки ветошью, он добродушно сказал:

– Конечно, забирай этот металлолом, но только если у тебя есть пятьсот тысяч долларов наличными.

А если нет – катись. У нас уже есть покупатель.

– Хозяин – барин, – пожал плечами тощий и хихикнул, забирая доллары, – между прочим, хорошие деньги вам предлагал. Бывайте.

Когда он ушел, Знаменские от души рассмеялись.

– Круто ты его уел, Ромаха, – потрепал его по плечу Алексей.

– Пусть позеленеет теперь от зависти, – довольно сказал Роман. Работа над «Паккардом» двигалась к завершению, и у них были все основания радоваться.

Они не могли видеть, как, отъехав от гаражного бокса, Иннокентий достал мобильник и проговорил в трубку:

– Ты как-то говорил о старых машинах, так вот, у одного парня «Паккард»… Да-да – именно 1939 года, «фаэтон».

Глава 5

Прошло две недели. И снова ночь окутала черным покрывалом спящий пролетарский район Купчино. Луну скрыли невесть откуда набежавшие облака, и редкие прохожие в местах, где отсутствовало уличное освещение, рисковали сломать себе что-нибудь, свалившись в какую-нибудь яму, оставленную без присмотра разгильдяями-коммунальщиками.

Какие-то вандалы за день до этого побили фонари по всему периметру платной охраняемой стоянки.

– Пацанва баловалась, – решил хозяин стоянки и, пообещав завтра же организовать замену ламп, велел сторожам в эту ночь чаще делать обходы и поменьше смотреть телевизор. Те согласно покивали, а после отъезда начальника, наплевав на все, сели играть в карты.