Палачи и герои

И Иван стал командовать ротой, от которой осталось чуть больше взвода.

Немцы уцепились за них. Над колонной теперь реяли самолеты-разведчики. Один раз появились бомбардировщики, но отбомбились вяло, без результата. Однако у Ивана закрадывалось подозрение, что захлопывается капкан.

К полку стали прибиваться солдаты и офицеры из других частей. Рассказывали о разгромах, окружениях, хаосе. И о том, что надо спешить, чтобы не оказаться в полном окружении.

Окружение – страшное слово. Сдавленные со всех сторон стальными клиньями, лишенные координации и информации, исчерпав боеприпасы, красноармейцы сдавались тысячами.

Полковые разведчики, двигавшиеся на легкой бронированной машине и пытавшиеся оценить оперативную обстановку, сообщили, что справа путь закрыт, там крупные немецкие соединения. Сзади тоже поджимают. Но дорога на Вольск пока свободна. Воссоединение с другими частями дивизии предоставит полку возможность дать немцам хороший бой, попытаться выровнять линию фронта и залатать прорыв.

Или хотя бы выйти из окружения. Но для этого нужно немного – преодолеть эти километры. Пешком оторваться от механизированной группы немцев.

На привале на рассвете комполка вызвал Ивана. Оглядел его устало с ног до головы. И сказал:

– Вильковский. Ты образцовый красный командир. С тебя портреты писать. Вот и посмотрим, ты только служить можешь или умереть за Родину готов.

– Умереть – дело нехитрое, товарищ подполковник. Я за Родину и выжить готов, чтобы врага бить, пока из него весь дух не выйдет.

– Говоришь складно. На деле поглядим… Хотя бы день форы нужен. Нам надо оторваться и воссоединиться с дивизией. А по пятам идет немец. Придержи их до вечера. Потом отходи.

– Есть…

Глава 11

Мутное зеркало занимало полстены тесной комнаты. Смотря на свое отражение в ладно сидящей немецкой военной форме, с погонами обер-лейтенанта, Дантист невольно приосанился. Его охватило волнующее чувство принадлежности к великой силе, от поступи которой содрогается земной шар.

Угораздил его бог родиться украинцем, а не немцем. Даже если Германия даст состояться украинскому государству, то только как поставщику пушечного мяса. Украинцы так и останутся холопами – теми же, кем были при поляках. А эта форма – знак принадлежности к истинным хозяевам. Точнее, иллюзия принадлежности, поскольку украинская кровь не позволит ему стать настоящим господином нового мира. Но иллюзия восхитительная.