Парни со стволами

] и с довольным видом произнес:

– Прошу, господа! Пардон, и дамы!

– Смешной, – рассеянно улыбнулась Марина и, наклонившись, подняла дюралевый кейс с лекарствами. – Мальчик еще.

– Этот мальчик, – подхватил увесистый кейс из ее рук Котов, – участвовал с нами уже во многих операциях. И показал себя зрелым мужчиной.

– Показал? Или оказался зрелым мужчиной? Это большая разница.

– Ой, ты опять со своими играми в слова, – засмеялся Котов, открывая заднюю дверь для девушки.

Заурчал мотором грузовичок, в кузове которого сидело полтора десятка сирийских солдат, сопровождавших русских в расположение правительственного батальона, ведущего бой за поселок Эн-Нахия.

Сепаратисты снова подтянули туда силы и заняли уже почти половину населенного пункта. Теперь их заново выбивают оттуда, но дело идет очень медленно.

Пока ехали по шоссе, Марина рассказывала, что сообщили врачи. О подвалах, заваленных телами расстрелянных мирных жителей, о заминированной больнице, о том, что в поселке уже почти не осталось жителей.

Все покинули его почти год назад. Котов сидел на переднем пассажирском сиденье и внимательно слушал ее.

– Марин, – спросил он вдруг, не поворачиваясь, – а скажи честно, зачем тебя понесло в Сирию?

– Разнарядка пришла, вот и поехала, – неопределенно ответила Стасько.

– Это понятно. Спросили желающих, и ты вызвалась. А вот зачем ты вызвалась? Тебе тут интересно?

– А ты думаешь, что только мужики могут? – сразу стала агрессивной Марина.

 – Думаешь, что мы слабее.

– Нет, не думаю, – засмеялся Котов. – Русская женщина и в избу…

– Да-да! – огрызнулась медсестра. – Знаем, как вы любите эту поговорочку. А сирийские девочки тоже не слабые, да? Как там твоя снайперша воюет?

Котов поморщился. Вот уж чего ему меньше всего хотелось, так это, чтобы вся группировка российских сил в Сирии знала о его связи с сирийской девушкой. Предосудительного ничего, но дело не только в нем, слухи ползут ведь и о Мариам.

И ладно бы, если между ними что-то было. Так ведь ничего нет.

– Смотрите! – кивнул головой вперед Зимин и сбавил скорость.

Котов уже и сам увидел, что впереди на обочине шоссе лежит тело. Судя по одежде, это сириец из сельской местности. Одет он был в длинную полосатую рубаху, которую тут называют кунбаз. На голове комком большой платок, завязанный на затылке. Котов жестом велел Зимину еще сбавить скорость и принялся крутить головой во все стороны.