Подземный конвейер

Сегодня ты выхватил из-под носа человека, который работал над темой две недели, материал и использовал его, чуть переработав, чтобы не попасться на плагиате. Сегодня ты допустил нетактичность в адрес своего коллеги в тексте репортажа, а завтра что? Есть грани, Олег, а есть… грани! Это называется профессиональная честь.

– Зевать не надо! – довольно резко заметил Олег. – Время сейчас такое. Всего добивается только упертый, настырный…

– Наглый! Так это называлось во все времена. Темы я тебе серьезной не даю? А я боюсь это делать.

Случалось такое, давал, а потом приходилось выбрасывать твою работу, потому что ты зарываешься, не видишь людей. Правду-матку резать нужно в строго определенные моменты общественной и своей личной жизни. Незачем постоянно выпячивать свою гражданскую позицию. Это демонстрация твоей человеческой и журналистской незрелости, дружок.

– Это вы слишком осторожны, – проворчал Олег. – Журналистика должна быть хлесткой!

– Журналистика должна быть умной.

Глава 2

Алене возвращаться в санаторий смысла не было, а вот Антон просто обязан был ночевать в своей палате.

Иначе ему могли приписать нарушение режима и применить санкции вплоть до досрочной выписки. Поэтому он пива не пил, ограничился соками, а вот Алена дорвалась и одна выдула почти два литра «Балтики».

Расстались они в два часа ночи. Через пятнадцать минут Антон был уже возле ограждения, там, где очень удобно его преодолевать. Придерживаясь неосвещенных участков на территории, он без приключений добрался до своего корпуса, открыл заранее подготовленное окно санузла на первом этаже, а потом тихо, прямо как привидение, скользнул на нужную лестницу.

Сегодня решилась его судьба. На медкомиссии было принято решение, что через пять дней, после рассмотрения результатов анализа крови и каких-то еще, его выпишут. Сегодняшний вечер с Аленой был чуть ли не прощальным, потому что завтра она отправлялась в командировку, из которой должна была вернуться только в день выписки Антона.

Вот и закончился их роман.

На душе у Копаева было как-то неспокойно. Вроде бы никакой подлости, по взаимному согласию и без обязательств, а как-то… Или дело совсем не в Алене?

Два дня назад у Антона был неприятный разговор с одним типом. Тема простая: «Отвали от нее, у меня на нее серьезные виды!» И ответ был вполне в духе этой темы: «Решать ей, а не мне и не тебе». Ни угроз, ни тычков, ни замахов. Разошлись, обменявшись нехорошими взглядами.