Полундра

 – Только что из того?

– Я подумала: может быть, там есть какой-нибудь знакомый твоего отца, вот он о себе знак и подает, – сказала мать. – Ну, который встречался с ним в бою. Понимаешь?

Полундра одно мгновение смотрел на мать удивленно.

– Ты бог знает что такое говоришь, мама, – покачал головой он. – Конечно, там живут ветераны норвежского военного флота… Только откуда они могут знать нашего отца? Теперь ведь не те времена, флот не под парусами ходит, суда на абордаж не берут…

– Какой еще абордаж? – не поняла мать.

– Это когда команда корабля высаживается на палубу корабля противника и устраивает там бой, – терпеливо объяснил Полундра. – Теперь морякам редко когда случается увидеть своего противника в лицо. То есть практически вообще никогда, не считая, конечно, морскую пехоту.

– Но кто-то же посылает оттуда телеграммы! – возразила мать. – Вот уже пятнадцать лет! Каждый раз к Новому году и к моему дню рожденья приходят поздравления. Ты вот был за границей, не мог поспрашивать там?

– Заграница большая, у кого я там буду спрашивать, – возразил старлей.

 – А в Нарвик мы в этот раз не заходили…

Полундра снова умолк – казалось, его голова была занята чем-то другим.

Отложив в сторону тарелки, старлей направился в большую комнату. Там на стене висел большой портрет офицера Военно-морского флота: строгий черный китель украшал орден Красного Знамени, а на погонах были видны три большие звезды капитана первого ранга.

Сторонний наблюдатель без труда бы заметил сходство между изображенным на портрете морским офицером и Полундрой. Внизу под портретом находилась фотография поменьше, где была изображена подводная лодка, стоящая у пирса; ее экипаж выстроился на палубе. На боевой рубке лодки отчетливо читалась надпись К-31, а в лице стоявшего впереди всех командира легко угадывались черты человека, изображенного на портрете. Под фотографией была помещенная в траурную рамку подпись: «Памяти экипажа подводной лодки К-31, затонувшей 6 апреля 1981 года, Норвежское море». Затем следовал список фамилий, во главе которого значилось: «капитан 1-го ранга Павлов А.Д.».

Полундра некоторое время смотрел на портрет отца и на фотографию подводной лодки, где тот служил, затем решительно повернулся к телефону, стоявшему на небольшом столике. Твердыми, нарочито спокойными движениями он набрал номер телефона своей девушки.