Полосатый геноцид

Впрочем, вступление действительно оказалось любопытным – из него совершенно нельзя было понять, каким именно образом выведение пчел-гибридов может превратиться в выгодное предложение Сэму Карверу. Профессор перевел дух и, немного замявшись, продолжил:

– Собственно, подобные эксперименты уже предпринимались в шестидесятые годы прошлого века в Бразилии. По заказу тамошних пчеловодов их ставил английский генетик Уорвик Керр. К сожалению, несмотря на солидное финансирование, опыты мистера Керра не увенчались успехом… Как оказалось, далеко не всякая разновидность африканских пчел пригодна для скрещивания…

Молчавший до сих пор заместитель Карвера вдруг поинтересовался:

– Скажите, профессор Тиллер, а почему вы работаете здесь? Мне кажется, корпорации проще было бы создать вам все условия для работы в Англии.

Во всяком случае, там гораздо безопаснее, чем в стране, где совсем недавно шла война.

Старик улыбнулся:

– Вы правы, молодой человек… простите, как вас называть?

– Рейвен, капитан Джозеф Рейвен.

– Вы правы, мистер Рейвен. Там действительно безопаснее. Но я уже сказал, что не всякая разновидность африканских пчел подходит для моих опытов. Единственная, которая прошла предварительные тесты и была признана нами пригодной, водится здесь. В Либерии, в провинции Лофа. То есть там, где мы с вами сейчас находимся. Руководство корпорации «Хэнджер Фудс» сочло возможным согласиться с моими выкладками и разместить лабораторию здесь. Поскольку это увеличивает наши шансы на успех.

И сокращает затраты на отлов и доставку диких пчел, которых не надо везти в Европу.

Майор хлопнул еще стаканчик виски – хорошее у них здесь виски, между прочим, настоящий «Черный Джек», не местная подделка – и сказал:

– Здорово… Мне даже стало интересно. Знаете, профессор, я люблю послушать тех, кто понимает, о чем говорит. А вы, по-моему, понимаете. Скажите, а можно ознакомиться с вашими исследованиями более предметно?

Старик замер, удивленный неожиданным любопытством обыкновенного наемника, пусть и не рядового, каким он, что греха таить, считал Карвера.

И с некоторой настороженностью произнес:

– К сожалению, в этом я не могу вам помочь. Все рабочие данные исследований являются собственностью корпорации. Коммерческая тайна, знаете ли. Даже мои сотрудники не имеют свободного доступа к сводному журналу наблюдений, лабораторным записям и всему прочему. Каждый занимается только своим участком работы, не имея представления об общей картине.