Последний десантник

Мол, сейчас я запускаю плавающие мины вниз по реке, к лагерю этих воров и оборванцев, и это только цветочки – если южане не уберутся к себе, им будет еще хуже. Латыпов, прикрыв нижнюю часть лица широким платком, послушно зачитал обращение, после чего аккуратно отправил плавающие мины по течению.

Вот тут-то и произошло самое интересное…

Кунан наверняка думал, что Чингиз выключил камеру, и потому, обернувшись к ней, снял ненужный уже платок с нижней части лица и расслабился. А вот коварный Чингиз камеру не выключил, а потому она бесстрастно зафиксировала некоторые реплики террориста, которые явно не адресовались мировому сообществу.

Попади эти кадры в тот же Международный трибунал в Гааге – и дорогой Александр Арзибекович был бы раздавлен; ведь там практически открытым текстом сообщалось и о том, кто непосредственный заказчик взрыва в лагере беженцев, и для чего все это спланировано.

Таким образом, теперь у Чингиза были две версии одних и тех же событий, зафиксированных на видео. Первая – для зарубежных журналистов, тщательно смонтированная и отредактированная.

И вторая, «черновая» – полностью разоблачавшая содержание первой…

Вот Чингиз и размышлял, как ему лучше поступить: вернуться к бывшему президенту за «вознаграждением за преданность», попутно припрятав диск со второй версией видеосъемок, или же некоторое время не выходить на связь, чтобы потом попытаться шантажировать этой записью Александра Арзибековича?

Оба варианта имели свои плюсы и минусы. В случае если бы свергнутый руководитель попытался бы избавиться от Чингиза, ему можно было бы заявить открытым текстом: мол, так, мол, и так, дорогой президент, если через сутки я не буду в условленном месте – наступит тебе полный и окончательный кирдык.

Запасайся тандырными лепешками, в Гааге азиатская кухня не предусмотрена. Второй вариант сулил куда больше выгод, но и выглядел намного рискованней: исчезнуть «с концами» и попытаться каким-нибудь хитрым способом шантажировать этой записью бывшего руководителя страны. Однако над этим способом следовало хорошенько подумать.

Впрочем, был еще один вариант: ничего не предпринимать и ждать дальнейшего развития событий. Ведь теракт в лагере беженцев-южан, ответственность за который взял на себя «Союз за стабильность», был только началом широкомасштабной операции.

Размышления Чингиза прервал сигнал мобильника. На телефон пришло смс вполне невинного свойства: «Забыл ключи привези через час на дачу».