Предельная глубина

Рыбацкий сейнер мирно тащил за собой сети. Из-за скалистого берега вышло небольшое рыбацкое судно, кренясь под треугольным парусом и шлепая днищем по волне. Несколько яхт с разноцветными парусами, умело галсируя против ветра, вышли наперерез катерку с флагом НАТО и пошли встречным курсом. Все это отвлекало от дел, усиливая ощущения курортной расслабухи. Сами собой в голове всплывали слова «шезлонг», «пиво», «пляж», «рыбалка». Йорку стоило немалых усилий продолжить беседу о будущих учениях «Земляничная поляна».

– Если субмарина русских все-таки проявит себя… – адмирал внимательно изучал фальшивую плавмастерскую, – какие у меня полномочия принудить ее к всплытию?

– Любые, – спокойно произнес Палмер.

– То есть…

– Противолодочные сети, глубинные бомбы… – Палмер выглядел невозмутимым. – Не мне вам объяснять, мистер Йорк, что по Морскому кодексу любой подводный объект, будь то субмарина или батискаф, попавший в территориальные воды иностранного государства, обязан немедленно всплыть и известить о своем присутствии флотские или береговые службы того самого государства, в водах которого он находится.

В противном случае по всем международным нормам такая подлодка будет рассматриваться как пиратское судно и подлежит немедленному уничтожению.

Информация была явно излишней: адмирал Йорк и сам это прекрасно знал. Опытный моряк хорошо помнил нашумевшую историю, когда лет двадцать назад советская дизельная субмарина случайно оказалась в территориальных водах Швеции из-за поломки навигационного оборудования и двигателя.

Первое, что сделал командир этой подлодки, – немедленно скомандовал всплытие, вывесил за кормой флаг ВМФ СССР и срочно известил о своем присутствии местную береговую охрану. Ситуация была исчерпана. Москва извинилась перед Стокгольмом, и русские адмиралы наверняка тихо радовались, что эта история не закончилась боевым глубинным бомбометанием; инцидент мог обернуться «казус белли», то есть формальным поводом для войны, где СССР выступал бы агрессором…

Однако в теперешнем предполагаемом случае существовал один немаловажный нюанс: воды, в которых проходили учения, принадлежали Финляндии, а она членом альянса никогда не была.

– С финнами у вас существует об этом договоренность? – холодно поинтересовался Йорк.

На лице аналитика нарисовалось легкое недопонимание: мол, принимать всерьез Финляндию? Главное – заставить подлодку всплыть, а уж потом как-нибудь можно договориться. Однако Йорк рассуждал иначе.