Путь отчаянных

Лев, видимо, тоже почуял, что люди затевают против него нечто нехорошее, слегка прижался к земле и принялся стегать себя по бокам длинным хвостом с мохнатой кисточкой на конце – верный признак того, что он недоволен. Внезапно окрестности огласились могучим ревом. Тянуть дальше было нельзя.

– Упали!!! – Выкрик у Володи получился каким-то пронзительно-истеричным. Десантники рухнули на пол джипа, стукаясь головами друг о друга. Одновременно с этим Локис резко выпрямился, вскидывая «кроссфайр», прижал приклад к правому плечу и быстро нажал на спусковой крючок.

Но… выстрела не последовало. Володя с ужасом вспомнил, что не учел особенности оружия – верхний ствол его был охотничьим, а нижний винтовочным. Выбор ствола делался с помощью предохранителя. Крайнее верхнее положение – оружие закрыто, среднее – стреляет дробовик, крайне нижнее приводит в боевое состояние винтовочный ствол. Локис дослал патрон в патронник только на винтовке, пренебрегая дробовиком, и, когда готовился стрелять, по привычке опустил планку только на одно деление, тем самым оставив ствол незаряженным. Теперь за это пренебрежение он запросто мог поплатиться жизнью и подставить своих товарищей. Необходимо срочно, в доли секунд, исправить оплошность – либо зарядить охотничий ствол, либо опустить планку предохранителя еще ниже.

Между тем не услышавший выстрела лев ринулся в атаку. Одним прыжком он взгромоздился на капот машины, отчего ее сильно качнуло, и попытался мощным молниеносным ударом лапы сбить Локиса с ног.

Чтобы удержаться на ногах, Володя сделал шаг назад, наступив кому-то из разведчиков на руку и при этом отчаянно балансируя. Это спасло ему жизнь – удар львиной лапы пришелся не в голову, а в плечо. Когти зверя, разорвав ткань бурнуса, вонзились в мякоть тела, нещадно раздирая ее. Инстинктивно поджимая раненую руку, Локис непроизвольно передернул затвор-цевье и почти одновременно с этим нажал на спуск. Грохот двенадцатого калибра был подобен разрыву противотанковой гранаты. «Кроссфайр» так сильно отдал назад, что Володя едва смог удержать его в руках. Разряд крупной картечи хлестнул льва прямо в открытую пасть, разворотил зверю морду, превратив ее в кровавое месиво, и сбросил хищника с капота на землю. Предсмертный львиный рев прокатился по всей округе. Но он успел в агонии ударить лапой по правому переднему колесу, оторвав кусок покрышки и повредив камеру. Джип тут же завалился вправо.