Подводная одиссея

А потому экипаж был подобран именно с учетом последнего пункта: кроме инженера конструкторского бюро, в качестве гидронавтов были задействованы и двое спецназовцев ВМФ – старшие лейтенанты Николай Зиганиди и Екатерина Сабурова. Кому, как не боевым пловцам, оценивать достоинства и недостатки «Русского витязя»? Да и само задание выглядело не очень сложным: погрузиться на дно, сделать видеозаписи и фотоснимки (для подводных съемок предполагалось задействовать сверхмощный прожектор) и, по возможности, взять пробы донного грунта и воды.

А вот капитан-лейтенанту Виталию Саблину, более известному в специфических флотских кругах под прозвищем Боцман, повезло меньше: по мнению командования, он вместе с генеральным конструктором КБ должен был контролировать подчиненных исключительно по приборам…

…На палубе сделалось непривычно тихо, хотя в ушах по-прежнему звучало урчание подъемника. Волны дробили огромное радужное пятно рядом с транспортником. Ветер стал пробирать, и генеральный конструктор, докурив очередную сигарету, обернулся к Боцману.

– Ну что – в рубку?

Окурок он тщательно загасил, следя за тем, чтобы искорки не понесло ветром в море. Бензин, хоть и имел специальные присадки, увеличивавшие температуру возгорания, но рисковать – испытывать его на воспламенение в реальных условиях – не следовало.

Саблину совершенно не хотелось идти в рубку. Однако генконструктор выглядел уставшим и сумрачным, словно совершившим тяжелый подвиг. Этого человека не следовало оставлять в одиночестве – тем более что единственным, с кем он имел право говорить о погружении, был Боцман.

Связи с гидронавтами пока не было: экипаж еще не настроил приборы. Так что оставалось одно: отслеживать погружение «Русского витязя» по экрану эхолота.

Впрочем, погружение проходило без проблем. Мерцающая светло-зеленая точка на мониторе медленно, но верно смещалась вниз. В верхнем же углу экрана бесстрастно отщелкивали цифры: «минус 100 метров», «минус 150», «минус 200»…

Глубоководный аппарат погружался очень медленно и достиг дна лишь спустя полтора часа.

– Фу-у-у… – тяжело выдохнул из себя генеральный конструктор. – Считай, половину дела сделали.

– Вроде пока у нас никаких проблем, – осторожно предположил Боцман.

– Техника проверена сто раз – и на стенде, и в бассейне, и на мелководье, – напряженно пояснял конструктор, словно бы оправдываясь. – Единственная опасность, которая может нас ожидать, – обрывки рыбацких сетей.