Разборки дезертиров

Говорить солдатам, что этот парень нам нужен живьем, поскольку у него ПАПИК, который устроит сыну увольнение из армии или беззаботное ее протекание где-нибудь в Раменском, глупо. Обязательно пристрелят. Сам бы пристрелил… (Ну и шуточки у прокурора.) Не говорить, что он СЫНУЛЯ – все равно пристрелят. Парень с помпой удирает из части, ранив двух солдат. Он опасен, понимаешь? С ним валандаться не будут. Чуть попытка к сопротивлению – огонь на поражение…

– И я смогу проехать между Сциллой и Харибдой, убедить поисковиков, что брать дезертира нужно только теплым, не объясняя причины, а рядового Пыряева можно и пристрелить?.

.

– А мне плевать! – грохнул прокурор. – Поручено мне, а я поручаю тебе! Не хочешь же ты, чтобы я на старости лет бегал по тайге с автоматом? В общем, хватит точить лясы, Михаил, слушай вводную. Бери с собой Булдыгина и Аристова. В семнадцать ноль-ноль пулей на вертолетную площадку – будет вертушка. В шесть – уже на месте. За операцию отвечает капитан Хомченко, там и познакомитесь.

Все – рабочий день для тебя окончен. И смотри мне, Михаил, без рядового Райнова из тайги лучше не выходи…

Никогда не чувствовал себя военным человеком. Поэтому я не стал ковыряться на казенном складе, решив, что все необходимое соберу дома. Доставка – вертолетом, обратно, надеюсь, тоже, и в любом случае я не собирался отдаляться от дороги. В надменном молчании я собирал вещи, натягивал прочные носки. Извлек из комода «моряцкое» нательное белье, хранимое по принципу «А вдруг пригодится?», кожаные бутсы, штормовку с капюшоном, перчатки.

Бросал в сумку сигареты, спички, нож, туалетные аксессуары, мазь от комаров, фонарик на всякий случай, какие-то галеты (откуда они в доме?), бутерброды с колбасой, сухое печенье. При этом я упорно игнорировал тень жены, висящую за спиной.

– Ты далеко? – нарушила Наталья тягостное молчание.

– В командировку.

Она не поверила – судя по тоскливому вздоху. А мне не хотелось говорить с ней, смотреть ей в глаза, убеждать в чем-то.

И все же я покосился на отражение в буфете. На супруге в этот день был экономнейший из ее халатиков, пуговки расстегнуты, волосы до плеч, в глазах мольба и скорбь по утраченному. Явно хотела помириться. Но я не ссорился со своей женой. И секса с ней мне не хотелось уже несколько недель (хотя и не сказать, что страдаю импотенцией).

– Почему?..

– Работа требует, – я пожал плечами. – Пару суток буду отсутствовать наверняка, а там – по обстоятельствам.