Скандинавская бойня

 – Константин, произнося эти слова, непростительно долго задержал взгляд на темнокожих морпехах.

Умудренный жизнью сержант и так уже насторожился, заслышав интернациональные слова: «негры» и «Америка». Они и по-сербски звучали так же. Когда же они повторились, он не выдержал. Звучно отставил бокал с пивом и поднялся из-за стола. Брюнетка попыталась его удержать, но морпех даже не заметил этого. Константин с Валерием даже не поняли, почему темнокожий американец застыл возле их стола. Бывшие десантники переглянулись.

– Забери свои слова обратно, – достаточно вежливо, но грозно попросил афро-американец по-английски.

– Не понял?! – Константин уже напрягся, почувствовав агрессию.

– Ты меня и моего товарища неграми – черномазыми назвал. Думаешь, я по-сербски не понимаю? Да мы в Югославии…

На этот раз бывших десантников больно задело слово «Югославия».

– Оккупанты хреновы, – вырвалось у Валерки, – а то ты не негр? На себя посмотри, черный, как головешка.

И хоть сказано это было по-русски, глаза сержанта по-бычьи налились кровью. Он сжал пальцы на краю столешницы. Казалось, еще одно слово, и тяжелый стол из дубового массива взлетит вверх тормашками. Константин попробовал смикшировать ситуацию, принялся объяснять по-английски, что у него на родине в слове «негр» нет ничего оскорбительного. Но сделал только хуже.

Сержант, правда, не рискнул переворачивать стол. Резким движением руки он сбросил на пол бокалы с пивом.

– Да я тебя!.. – Валерка вскочил из-за стола и стряхнул густую липкую пену с джинсов.

Молодой темнокожий американец уже стоял за спиной у Валерки, готовился перехватить руку, если тот вздумает ударить. На верещавших девушек никто не обращал внимания. Бармен спрятал под стойку поднос с протертыми бокалами и напомнил:

– Не здесь.

– Он прав, – Константин немного протрезвел и демонстративно почесал кулак с татуировкой «ВДВ», – лучше уйдем.

– Нет, лучше выйдем! – завелся более вспыльчивый Валерий.

И не успел его компаньон возразить, как он уже распахнул дверь и картинным жестом предложил морпехам проследовать на улицу. Последним паб покидал Константин. Он обернулся в дверях и убедительно пообещал:

– Все будет в порядке. Я контролирую ситуацию.

Уже оказавшись под усилившимся дождем, он подумал:

«Вот же и ко мне прицепились эти дурацкие американские фразы.