Скорая десантная помощь

Тебе, наверное, объяснять не надо, что у каждой «конторы» – свой куратор. Вот у нас – Минобороны. Тут ведь как получается? Все в точности по Козьме Пруткову: что имеем – не храним, потерявши – плачем. Когда Борисов обивал пороги тамошних кабинетов, его в упор никто и видеть не желал. А когда исчез, все вдруг опомнились. Дело-то из уголовного о похищении человека начало перерастать в политическое, с учетом того, какого именно человека похитили. Теперь все на ушах, все скачут и мечутся, все ищут виноватых. Ну, и чтобы выкрутиться без лишних потерь и избежать пинков из Кремля и Белого дома, министерские сидельцы в бой начали бросать все резервы, какие оказались под рукой.

Вот и тебя решили задействовать как опытного спеца по операциям особого рода за рубежом.

– Когда ехать? – посмотрев на часы, невозмутимым тоном поинтересовался Лавров.

Генерал понял – внутренне тот на поездку уже настроился и готов отправиться немедленно. Ноль эмоций в голосе Андрея был безошибочным индикатором того, что мыслями он уже где-то там, в работе, где-то очень-очень далеко.

Повертев в руках авторучку, Федин невесело усмехнулся:

– Как говорят в таких случаях – вчера…

– Широта моих возможностей, полномочий, максимальный срок поиска? – голос Лаврова звучал сдержанно и как будто даже приглушенно. Лишь искорки, временами поблескивавшие в его глазах, говорили об обратном.

– Широту полномочий и возможностей будешь определять сам исходя из обстоятельств, – ответил генерал. – Видишь ли… Штука тут такая, что тебе придется работать абсолютно автономно.

То есть в данном случае ты – как бы исключительно частное лицо, представляющее лишь самого себя. А это хреново. Ведь если даже своих нелегалов наши «конторы» обменивают на задержанных ими западных и всяких иных агентов, то ты вообще ни в каких «святцах» не значишься. Поэтому в случае провала тебя как бы никто не будет знать. Ну-у, разумеется, кроме меня. Поэтому, по совести говоря, ты имеешь право отказаться от этого задания…

– Но вы-то твердо знаете, что я все равно не откажусь… – с чуть заметной ноткой иронии продолжил за него Андрей.

– Можно сказать и так… – угрюмо вздохнул Федин. – Если вещи называть своими именами, то тебе предлагается совершить подвиг, за который, если все пройдет успешно, награду получит кто-то другой. А если неудачно, то весь груз ответственности ляжет на тебя одного. Заранее согласен, что условия более чем скверные и, я бы даже сказал, подлые. Но… Что есть, то есть.