Спасти президента

Так за что мне любить арабов?

– Но вы и Африку не жалуете, – заметил директор ЦРУ.

Президент кивнул:

– Да, это плохое место. Знаете, чем Африка отличается от Америки? В Африке человек из народа луо никогда не смог бы стать президентом. Вы хотите спросить еще что-то? Тогда последний вопрос и интервью закончено.

Директор ЦРУ вспомнил об оговорке президента. Вопрос о вероисповедании главы государства так и вертелся на языке. Но вместо того, чтобы выяснить отношение мистера Бонамы к исламу, Питерс сказал:

– Я считаю «Зульфикар» проектом беспрецедентным, как по цинизму, так и по смелости замысла.

Цинизм для политика необходим, вспомним хотя бы бомбардировку Хиросимы и Нагасаки. Но меня поражает ваша смелость. Скажите, господин президент, вы вообще кого-нибудь боитесь?

Бонама гордо улыбнулся, показав прекрасные зубы.

– Луо боятся только масаев.

Но тут же озабоченно добавил:

– И русских, конечно, тоже. Меня беспокоит их реакция. Они могут испортить нам всю игру. В ответ на наш ядерный удар они могут начать Третью мировую войну.

Где сейчас президент Правдин?

– Летит на форум в Шанхай, – ответил мистер Питерс. – Ему предстоит решать там сложную задачу по заключению так называемого «Контракта века».

Президент Бонама нервно усмехнулся:

– Свяжитесь с нашими азиатскими друзьями. Нужно усложнить эту задачу настолько, чтобы русские и думать не могли ни о чем другом, кроме своего «Контракта века».

Директор ЦРУ задумчиво кивнул и отправился исполнять указания главы государства.

* * *

На борту президентского «Ил-96» уже более трех часов продолжалась напряженная работа над проектом «Контракта века». Президент Правдин отодвинул от себя ноутбук и с силой потер глаза ладонью.

– Засыпаю, – пожаловался он.

Сидевшая напротив Ольга оторвалась от своего дисплея.

– Вы бы поспали, а то совсем вымотаетесь.

Правдин отрицательно покрутил головой:

– Нет времени. Контракт еще сырой, много недоделок. А конгресс уже на носу. Из Шанхая новости есть?

Вместо Ольги ответил Фабриков, также все это время не отрывавшийся от компьютера.

– Новостей нет, пока все тихо. Агдамыч только звонил. Беспокоится. Пожелал мягкой посадки. Может, кофейку? Олечка, не будете ли вы настолько любезны, чтобы соорудить нам по чашечке?

Тут и Лепешкин, игравший по соседству в компьютерную игру, распрямил согбенную спину, зевнул и потянулся так, что кости захрустели.

– К черту кофе. Пошли в бар, пропустим по соточке. Заодно ноги слегка разомнем.