Стальное крыло ангела

И с этим все было кончено – несколько пуль в организме, пасть оскалена, глаза блестели.

Я опустился к воде, сел на камешек и закурил. Посматривал краем глаза, как бравый спецназ выстраивается в боевой порядок, подходит, держа оружие на изготовку. Прозвучала команда: отставить! Рослый мужик стащил шлем, приблизился со смущенным видом. Подкрался как-то бочком, отдал честь.

– Капитан Наумов, отдельная бригада Росгвардии по охране Крымского моста…

– Майор Томилин, Центр специального назначения ФСБ, – я показал документ, – это я вас вызвал.

Ну и что вы наделали, капитан? Зачем вас прислали? Убить их я и сам мог.

– Так это, товарищ майор… – Наумов сконфуженно почесал затылок. – Кто же знал? Они стрелять по нам начали, была реальная угроза падения вертолета…

Я печально смотрел ему в глаза. Из пистолета сбить вертолет? Это каким же должен быть вертолет? Бравый капитан походил на растерянную девочку, пролившую борщ и получившую по затылку от мамы.

– То есть других способов не было? Отогнать вертолет, высадить людей, подключить к работе снайперов…

– Простите, товарищ майор, – он опустил голову, – но зачем они стрелять начали? Может, они просто идиоты?

– Может, и так, – согласился я.

 – Но вам-то зачем им уподобляться? Был приказ, вы его нарушили. Эти люди могли владеть информацией о подготовке терактов в Крыму.

– Приказа не было, – дерзнул капитан, – были пожелания вашего дежурного взять преступников живыми. Но я считаю, что создалась критическая ситуация, я не мог подвергать опасности своих людей…

Разговаривать с ним было бессмысленно.

Формально приказа не было. Жаловаться тоже глупо – каждое ведомство в этом споре будет тянуть одеяло на себя. И неважно, что все мы служим одному великому делу.

Я обыскал тела, вытряхнул, превозмогая тошноту, денежную мелочь, сигареты российской фабрики «Погар», зажигалки, парочку нереализованных обойм. У диверсантов имелись неплохо выполненные российские паспорта с регистрацией в городе Пскове.

Некто Валентин Мурышкин и Аркадий Сивец. Паспорта могли быть подлинными, требовалась экспертиза.

– Не трогайте ничего, – буркнул я. – Сидите здесь, пока не прибудет следственно-криминалистическая группа.

Наумов пожал плечами, отвернулся. Я отошел в сторону, позвонил полковнику Мостовому, пробился через его «фирменное» ворчание и доложил только правду и ничего, кроме правды. Про убийство продавшегося агента, про убийство убийц продавшегося агента.