Сталинградский калибр

Огнем из укрытия рота танков вполне могла сдержать любого противника, наступавшего со стороны открытой степи.

– Там ребята погибли, товарищ лейтенант, – хмуро напомнил Омаев. – Боевое охранение приняло удар на себя. А до этого девчонки-регулировщицы…

– Руслан! – начал было Алексей.

– Виноват, товарищ лейтенант, – тут же отозвался Омаев, получив под столом пинок от Логунова.

– А корреспондент хороший мужик, между прочим, – внимательно глянув на Логунова и Колю Бочкина, заявил Бабенко. Механик-водитель почесал пальцем бровь и снова стал наливать себе чаю.

 – Казалось бы, еще совсем молодой человек, ему едва за тридцать, а рассуждает мудро. Вы заметили?

– Уже успели пообщаться? – Соколов усмехнулся, оценив попытку Бабенко сгладить ситуацию. – Человек политически подкованный, с высшим образованием. Чего вы хотите!

– А тут дело не в образовании, мне кажется, – поддержал друга Логунов. – Тут дело во взгляде на жизнь вообще. Можно в политических вопросах разбираться, а в семье жизни никакой нет.

В бытовых вопросах оставаться можно олухом царя небесного. Вот и все твое образование. А Ванюшкин, да! Что его ни спроси, ответит, рассуждает мудро, будто жизнь прожил.

– Эх, вот бы нам… – начал было Бочкин, но Логунов одарил его таким взглядом, что Николай поперхнулся и подвинул чашку Бабенко. – А мне нальете еще кружечку, Семен Михайлович?

Соколов догадался, что готово было сорваться с языка заряжающего. Лейтенант и сам успел подумать о том же. Их замполит вещал только на политические темы, а вот поговорить по душам с танкистами, выяснить, что тревожит каждого, не умел.

У кого дома неладно, кого терзают сомнения или неизвестная судьба близких. Много чего на душе у солдата, когда он надолго оторван от родных, а по стране катится страшная война. Надо уметь разговаривать с людьми, понимать их души, уметь находить слова, чтобы успокоить, обнадежить, вернуть веру. Иногда просто поддержать теплым словом, что-то посоветовать. Но обсуждать замполита роты, старшего по званию, было нехорошо. И уж тем более в присутствии командира роты.

«Ким, сынок! Я хочу, чтобы ты знал, с каким зверем мы сражаемся, чтобы ты хорошо понимал, кто пришел на нашу землю, кто топчет ее и льет кровь наших людей. Ты прочитаешь это и поймешь, почему так самоотверженно сражаются наши бойцы, почему никто на фронте не щадит себя. Подлый враг пришел к нам, чтобы не просто захватить нашу землю, он хочет зверски замучить наш народ, стереть с лица земли наше государство.