Сталинградский калибр

Вот еще что важно! Как все не просто, ребята… И дожить бы еще до конца войны…

Глава 3

Выкрашенная белой краской «эмка» остановилась возле каменного дома с разрушенным разрывом снаряда углом. Другая сторона здания оказалась цела, только в ней не было ни одного целого окна. Проемы были завешены брезентом, шерстяными одеялами, а из трубы над крышей лениво курился дымок. Но идиллии в этой мирной картине возле штаба корпуса не было. То и дело подъезжали и отъезжали верховые и грузовые автомашины, мотоциклы.

Даже верховые посыльные мелькали.

Соколов потопал ногами на ступенях, сбивая с сапог снег, и открыл дверь. Баданова он узнал сразу, даже со спины. Коренастый, широкий. И голос уверенный, чуть насмешливый. Алексей слышал от командиров, что когда приказ отдает сам командир корпуса, сразу возникает ощущение, что он выполним, что все получится. Ни намека на неуверенность, ни повода сомневаться, что приказ Баданова не продуман им до конца, не взвешены все «за» и «против». Потому и в корпусе был порядок.

И не просто порядок, а порядок с какой-то лихостью. И воевали новые подразделения и части, сформированные за последние месяцы, тоже лихо и уверенно. Потому и прошел корпус за короткий период такое расстояние, круша тылы вражеских армий. Вера в командира – великое дело на войне. А в Баданова верили и его подчиненные, и командование. Поэтому столько времени и сил было потрачено на пополнение и подготовку корпуса, и задача, о которой знали немногие, была важной. Такой, которую поставили бы не перед каждым даже очень опытным командиром.

– Вот он, твой орел, – проговорил командир корпуса, разглядывая молодого танкиста, доложившего о прибытии. – Сразу видно, что орел, хоть и Соколов. Ну, ничего, соколы стремительнее, и из их когтей тоже вырваться непросто. А нам сейчас не кружить и добычу высматривать надо, а бить наверняка, точно и сразу уходить. Понял намек, ротный?

– Понял, что мне ждать приказа идти в бой! – уверенно заявил Алексей, зная, что Баданову нравится, когда подчиненные не теряются.

Топилин, стоявший с другими командирами возле стола над картой, еле заметно одобрительно кивнул Соколову. Видимо, комбат был в курсе событий, а может, по его совету как раз и вызвали командира танковой роты Соколова. Сняв полушубок, Алексей затянул ремень, расправил под ним складки гимнастерки и подошел к столу.

– Есть одна идея, лейтенант, – повернувшись к Соколову, сказал командир корпуса. – И поручить ее реализацию мы решили тебе.