Тайна важнее жизни

– Увеличь сам, – первый освободил место второму у экрана, а сам, поддерживая за донышко чашку с кофе, отошел в сторону настолько, насколько это позволяли габариты фургончика. – А пока я свяжусь с Меером. Может, он знает про Еноха…

– Дался тебе этот Енох, – саркастически произнес второй наблюдатель, занимая позицию у монитора. – Это же ученые, Симон. У них всегда мозги набекрень. Сам черт ногу сломит…

– Я все же позвоню Мееру.

– Как знаешь.

Глава 4

– В последнее время мне не нравится его настрой.

Нет, скажу больше. В последнее время он вообще мне не нравится. Взять, к примеру, последнее дело…

Некрасивое от природы, морщинистое лицо Мориса Гляссе заметно омрачилось. Он наклонился вперед и постучал пальцем по досье Перетье, лежавшем поверх стопки других досье перед главой департамента Жаком Антьером. Гляссе и Антьер, невзирая на субординацию и огромную разницу в занимаемых положениях, с незапамятных времен сохраняли меж собой прекрасные дружеские отношения. Были, что называется, на короткой ноге.

В прошлом их связывало немало, и, когда Гляссе оставался наедине с Антьером, он мог позволить себе, мягко говоря, неуставные отношения.

– Ты не выполнил свое домашнее задание, Жак, – вызывающе отреагировал Гляссе на последнее высказывание собеседника. – Иначе бы ты знал, что Венсан Перетье куда больший патриот, чем мы с тобой, вместе взятые. Немногие люди сделали больше для своей страны. И сейчас немного людей такого сорта осталось в живых. Перетье из тех, кто до сих пор полагает, что рукопожатие является контрактом, а слово мужчины – его обязательством.

Да-да, Жак. Это несмотря на его кажущееся безразличие ко всему окружающему… Он может быть хитрым, как черт, если считает, что помогает охранять достояние Французской Республики…

– Не слишком ли много похвал? – язвительно усмехнулся Антьер. – Если Перетье понимает всю серьезность ситуации, почему он ведет себя подобным образом?

– Как?

– Чересчур вызывающе.

Гляссе ответил не сразу. Он молча посмотрел в грустные зеленые, как два изумруда, глаза Антьера, затем перевел взгляд на экран монитора, стоящего справа от главы департамента, где во всей своей красе разместилась электронная схема Иерусалима.

Некоторые места на схеме были обозначены разноцветными кружками, каждый из которых имел свое обозначение. «Моссад», место гибели Анри Фери, гостиница, в которой останавливался последний, точки, где предположительно последний раз была установлена связь с пропавшими Кристаном и Вуалье.