Тайное становится явным

Вяло махнул рукой – пустота… Почуял, как земля уходит из-под ноги, упал на бок. И где же твое везение, счастливчик? Над головой уже грохотали ботинки. Бейте, суки… Павел прикрыл голову руками и торопливо захрипел, предчувствуя скорую потерю сознания:

– Беги, Дина, беги…

Красилина Д. А.

Я висела на лестнице, как саранча, облитая дефолиантом. Никакого комфорта. Сумка тянет, руки вот-вот разожмутся… и – прощай, ущербный мир, здравствуй – сапфировое небо… Куда меня понесло? Камо грядеши, Дина Александровна? Внизу пристроечка, и что? Здесь меня прикрывает тополь, а там? Туманов не видел с нее спуска, эта приступочка для пожарника, а не для людей.

Так и заночуем… Роняя слезы, я сжала руки и огляделась. Справа, у соседей – открытое окно. И ниже окно, и выше. Везде постояльцы и всюду мучаются от жары. Попробовать? Я раскачалась, забросила ногу на карниз и запустила правую руку в выбоину на оконном проеме – там очень кстати не оказалось кирпича. Выходить из распятого состояния гораздо труднее, чем в нем оказаться. Собрав воедино все что есть во мне от культуристки, я оттолкнулась левыми конечностями, а правые напрягла. Пошло-поехало… Надеюсь, я не слишком долго маячила в позе квартирного воришки. Диспластично сместила центр тяжести, ввалилась в комнату и спрыгнула с подоконника. Захлопнула окно.

Какой-то тщедушный мужичонка в тельняшке и семейных трусах восседал на стуле и обрезал ногти на ногах. Постель была смята – две подушки, одеяло. В изголовье вместо свечи несколько пустых пивных бутылок.

Очевидно, ночевал мужичонка не один. Но теперь – один. Ушла дама. Уж я-то могу определить, есть ли в помещении женский дух.

Постоялец выронил ножницы. Алкоголизмом он не страдал, но принять любил – по физиономии видать.

– Ты кто? – он часто заморгал.

– Зеленый человечек, – сказала я. – В койку!..

– Что-о-о? – он вытаращил глаза.

– В койку, урод… – зашипела я и для вящей убедительности воткнула палец в неприбранную постель. – Русского языка не понимаешь? Ложись – трахаться будем….

.

Видно, моя худосочность не произвела на него впечатления. Плюс необычность ситуации. Плюс насыщенная сексом ночь. Плюс предстоящие дела. Он сидел и лупал глазищами, как сыч. А что касается меня, то я дошла. Все тормоза по барабану. Я швырнула сумку на пол и плюхнулась в кровать. Натянула одеяло на нос (что же я делаю, господи?) От постельного белья разило пивом и потом. Подавляя в горле тошноту, я стала дышать ртом.

Мужичонка задумался.