Властелин неба

Ведь пилот и оператор должны были действовать слаженно и представлять собой единое целое.

– 27-30! НЛЦ! Блин! ЛЦ. Птица!!! – выдал, цокая, энергичную тираду старший лейтенант, которая означала, что в определенном месте он обнаружил низколетящую цель и тут же понял, что это ложная цель, скорее всего, птица.

– Вас понял, – ухмыльнулся Иванисов, видя, как старается молодой горячий старлей, желая показать свои способности во всей красе, чтобы ни у кого не оставалось сомнений, если они, конечно, были, по поводу обоснованности его включения в экипаж «Громобоя».

– 27-30, – вновь повторил оператор.

– Вас понял! – тут же отреагировал Иванисов.

– ЛЦ! Блин! Что эта девка передает, мать ее за ногу!

Внезапно в привычные шумы вмешался постепенно нарастающий неприятный, леденящий душу вой, а затем по ушам ударил громкий хлопок, после чего экипаж оказался в абсолютной тишине и темноте.

– Приехали, – огорченно констатировал майор. – Вылезай, Петруха. Разбор полета будет.

И старший лейтенант первым покинул тренажерный комплекс «Громобоя», несмотря на сугубо отечественное происхождение носивший звучное иностранное имя LOFT.

Эта английская аббревиатура означала, что они с командиром только что осуществляли летную подготовку в условиях, максимально приближенных к реальным, – Line Oriented Flight Training.

Тренажер представлял собой вещь едва ли не более фантастическую, чем сам «Громобой». Пожалуй, единственное, что он не мог сымитировать, так это перегрузки во время резкого снижения или подъема.

Звуки, вибрация, трехмерное изображение, возникавшее на стеклах кабины, создавали полную иллюзию полета с боевыми стрельбами.

В учебный класс вбежала возбужденная Людмила, которая тренировалась в комнате через стенку.

– Ну и куда ты нас выводила? Ты куда смотрела? На экран или в окно? А в реальной обстановке куда будешь смотреть? – обрушился на нее Романчук.

– Вся информация к вам поступала согласно показаниям приборов, – огрызнулась девушка. – Неизвестно, куда ты смотрел и что видел.

– Нет, ты только послушай ее, – жалобно заныл Петруха. – Я, блин, боевой офицер, можно сказать, вынужден выслушивать хрен знает что!

– Без блинов с хреном при девушке! – строго сказал ему Иванисов. – Не в казарме, не забывайся.

– Ладно, мальчики, не ругайтесь. Сейчас придет дядя... то есть Ринат Галиакбарович, и раздаст всем сестрам по серьгам.

– Ну что, слышал? – с притворным возмущением сказал старший лейтенант.