Война кончается войной

А он гостил! Видишь на столе стаканы рядом стоят? Они пили и ели вместе, пока гость не убил хозяина и не занялся наблюдением за окнами здания НКВД.

– Жестокий тип, хладнокровный, – согласился Васильев. – Не новичок и не сопляк типа Якубы. На этом человеке должно быть много крови.

– Вот-вот. Я возьму Шарова и съезжу в Здолбуновский район.

– А вот и наш неугомонный помощник, – засмеялся Васильев, кивнув в сторону улицы.

Старший лейтенант Шаров, прижимая руки к груди, что-то энергично говорил молодой девушке в ситцевом платье.

Девушка слушала его, но недолго, потом взмахнула косынкой и ушла, постукивая каблучками. Шаров вздохнул, с досадой шлепнул себя по бедру и пошел к московским оперативникам.

– Олег, – тоном заговорщика спросил Васильев, – а это кто?

– Девушка, – грустно ответил Шаров.

– Это мы поняли, – воровато оглянувшись по сторонам, ответил Васильев, – ты лучше расскажи, чего ты так оправдывался перед ней. Нашалил, что ли? Ты у нас проказник по женской линии?

– Да какое там! – взорвался было Шаров, но тут же сник и заговорил тихим виноватым голосом: – Какой из меня проказник.

Она веревки вьет и погоняет меня как хочет.

– Любовь! – глубокомысленно заключил Васильев, гладя на напарника. – Она такая, зараза.

– Вы думаете, что я за ней ухлестываю, а она на меня ноль внимания, – Шаров посмотрел на оперативников и усмехнулся. – Еще решите, что я рохля и мямля. Любит она меня. Сколько уже раз после ссоры первая прибегала мириться, клялась, что жить без меня не может.

Импульсивная она просто. Но и добрая. Знаете, если я на ней женюсь, я буду уверен, что в трудную минуту она меня не бросит, не оставит одного, что бы ни случилось.

– Ты, главное, работу не забрось со своими сердечными делами, – сказал наконец Бессонов.

– Виноват, товарищ капитан, – тут же подобрался Шаров. – Докладываю, пришла информация из Москвы по Доктору. Только что шифровальщик принял, и я сразу к вам. Там полагают, что речь идет об одном из лидеров ОУН Остапе Кучерене.

Он родом из этих мест, активно помогал фашистам во время оккупации, принимал участие в карательных операциях эсэсовцев, выдавал подпольщиков и партизан, сам участвовал в показательных казнях. С немцами во время их отступления ушел на запад.

– Кучерена, – повторил Бессонов. – Он у нас числится в розыске еще за преступления, совершенные в составе националистических банд в Полесье. Они ушли оттуда, когда в 43-м их хорошо тряхнули партизаны.