За нами Россия

На что последовал почти такой же содержательный по своей сути, лаконичный ответ:

– Прямо!

Паника, охватившая Януша, продолжала терзать его, не давая возможности здраво разобраться в ситуации. Руки вцепились в руль так, что побелели костяшки пальцев, движения сделались нервными и резкими. И все же шофер пытался держать себя в руках и даже сделал попытку заискивающе улыбнуться.

– Спокойно веди, не трясись, как осиновый лист, – прозвучал слегка хриплый голос одного из мужчин.

«Что же будет, что же будет… – думал Януш в страхе.

Шофер продолжал крутить баранку. Грузовик мчался по трассе. Мужчины, захватившие машину, спрашивали у поляка по-русски, показывая на карте:

– Этот железнодорожный переезд по-прежнему без шлагбаума?

– Да, – кивнул Януш. – Только светофор стоит.

– А много машин там ночью проезжает? – продолжал расспрос неизвестный.

– Там и днем почти никто и не ездит. Дорога плохая, – ответил поляк, все еще с испугом наблюдая из-под насупленных бровей за своими похитителями. – Все в объезд по новой трассе направляются.

– Думаю, что размерами машина подойдет, аккурат закроет весь переезд, – прошептал почти на ухо приятелю один из них.

– Согласен! – ответил сообщник.

– А с этим что будем делать? – имея в виду поляка, сделал недвусмысленный жест рукой по горлу первый неизвестный.

– Да черт с ним, высадим где-нибудь. Зачем грех на душу брать…

При последних словах поляк заметно расслабился, что не осталось незамеченным со стороны похитителей.

– Ушами не хлопай – отрежем.

– Да он все равно по нашему ни хрена не понимает.

Крутя баранку, шофер внимательно вслушивался в разговор угонщиков, вспоминая русские слова. Учащенное сердцебиение Януша можно было, наверное, услышать даже на расстоянии.

«Черт! – в сердцах выругался Януш. – В этом водовороте совсем забыл про Катажину с заправки. Ведь обещал же на свидание пригласить. Эх, если живым выберусь из этой передряги, женюсь! С венчанием в костеле, как положено!» – решил он, не переставая прислушиваться к разговору похитителей.

Те же, в свою очередь, абсолютно не стесняясь поляка, как будто его и не было рядом, переговаривались о своем.