Жестокость и воля

В голове рыбака, в прошлом ответственного работника Министерства торговли, а ныне заслуженного пенсионера, при виде грохочущего «КамАЗа» возникла мысль о нерасторопности милиции.

И лишь заметив милиционера, преследующего нарушителя спокойствия вельможных окрестностей, пенсионер немного успокоился.

Дорога на противоположный берег речушки лежала через неширокий деревянный мостик.

Казалось, ни один водитель грузовика, хотя бы из инстинкта самосохранения, не решился бы пересечь это хлипкое сооружение.

Но сейчас у шофера, сидевшего за рулем «КамАЗа», не оставалось другого выхода.

Его напарник, скрючившись от боли, лежал на боковом сиденье. Пистолет марки «ТТ» он держал в залитой кровью ладони.

«КамАЗ» со страшным грохотом промчался по деревянному настилу. Задние колеса фуры при этом подпрыгнули и разнесли вдребезги несколько досок, не выдержавших такой тяжести.

Фура едва не застряла в образовавшихся дырах. К счастью для водителя «КамАЗа», ведущие колеса тягача уже оказались на твердой почве.

Страшно взревев мотором, грузовик все-таки смог выдернуть полуприцеп и благополучно миновать это препятствие.

Лишь в самый последний момент Константин успел увидеть, что произошло на мосту.

Если бы у него в запасе имелось хотя бы несколько секунд, он смог бы повернуть в сторону или затормозить. Но сейчас времени на раздумья не хватало.

– Держись, мент! – заорал он.

Панфилов что есть силы сжал руль обеими руками и вдавил педаль акселератора до упора.

Подпрыгнув на деревянном мостке, словно на трамплине, черная «Волга» ласточкой перелетела на противоположный берег.

Когда передние колеса машины ударились об утрамбованную ленту проселочной дороги, Стрельцов вылетел из пассажирского кресла и едва не продырявил головой лобовое стекло.

Лишь каким-то чудом он успел выбросить вперед левую руку и упереться ею в пластмассовую панель.

Еще мгновение – и задние колеса «Волги» также встретились с землей.

На сей раз Стрельцов ничего не успел сделать.

Младшего лейтенанта подбросило вверх, и он врезался головой в обшивку салона.

– У, бля.

Константин, отчаянно вцепившийся двумя руками в рулевое колесо, услышал глухой стук и сдавленное ругательство. Не имея возможности повернуть голову и толком рассмотреть, что же случилось, он боковым зрением уловил какое-то движение.

На всякий случай он скинул газ и плавно, насколько позволяли условия, затормозил.

Двигатель «Волги» недовольно фыркнул и заглох.