Жиган против банды

– А ты чем занимаешься?

– Смотрю телевизор и вяжу себе свитер.

– Здорово, – на мгновение Константин замялся, не зная, как перейти к самой важной части разговора.

Лариса, словно прочитав его мысли, спросила:

– Ты приедешь, как обещал, через три дня?

– Извини, но мне придется немного задержаться: позвонил старый приятель, пригласил вместе порыбачить. Он как раз сейчас на отдыхе в Голландии…

– Ах да, тебе и вправду кто-то звонил! – успокоилась Лариса. В ее голосе вновь зазвучала безмятежность: – Это ничего, что я дала номер твоего отеля?

– Конечно, ничего, – успокоил ее Константин.

 – В связи с непредвиденной встречей, наверное, вернусь не раньше четверга.

– Но это же целая неделя!

– Извини, но я уже пообещал. Я не видел этого человека целых сто лет, он мой старый сослуживец. Мы когда-то вместе воевали…

– Хорошо-хорошо, не продолжай, – рассмеялась Лариса. – Поезжай на рыбалку, куда угодно, но не забывай, что мы тебя ждем.

– Поцелуй за меня Константина Второго.

Положив трубку, Константин почувствовал угрызения совести за свой обман. Ведь они с Ларисой договорились говорить друг другу только правду. Но сейчас Константин не мог поступить иначе – он знал, что его чистосердечное признание окончится катастрофой: Лариса вновь впадет в депрессию. А так она будет думать, что Константин где-то рыбачит, поэтому и не станет звонить каждый день. Панфилов искренне надеялся, что его задание не займет много времени, но на всякий случай отодвинул свое возращение на более длительный срок.

* * *

Во время полета Панфилов старался не думать о предстоящем разговоре с полковником Кузьминым, но, когда самолет замедлил свой бег, а из главного здания выполз трап-туннель, Константин заволновался.

«Почему мне позвонил Кузьмин, а не сам Фалунчук? Неужели с генералом что-то произошло?.. Нет, этого просто не может быть, – принялся успокаивать себя он. – Скорее всего Валерий Андреевич уехал в отпуск, передав все свои дела заму.

В том числе и мои координаты. Но Кузьмин никогда не был паникером. Во всяком случае, Валерий Андреевич отзывался о нем с уважением. Фалунчуку я доверяю, значит, мое присутствие в Москве действительно необходимо».

И все же какая-то внутренняя неудовлетворенность мешала Константину усидеть на месте. Он отстегнул ремни, встал и начал торопливо пробираться по коридору салона, не дожидаясь полной остановки самолета.