Дежавю. Любовь

Надо посчитать по порядку от одного до десяти! Вот, собственно, только и всего! Да-да, только и всего… – муравей широко развел в стороны лапки и слегка покачал ими, показывая какое это – «только и всего»…

– Да-да-да, я помню, конечно, помню, да! Только так и надо жить! Ты – прав! Любой муравей может многое. Не помню, запамятовал совсем, кто сказал, но кто-то из этих самых… из великих. Он сказал так: «Муравей может все, но вот только ему обычно мешают лень, страх и низкая самооценка!»

– Лень – это точно не про нас.

– Тс-с-с, а это – небольшой приятный подарочек тебе на день рождения! Поздравляю от всей-всей-всей моей влюбленной-превлюбленной души-и-и и желаю… хм-м-м… – тут он слегка поперхнулся, но через секунду-другую снова воспевательно продолжил, – и желаю, оченно масштабно так желаю тебе, чтобы всегда сбывались все-все твои мечты – маленькие, средние, огромные и, даже, преогромные! Пусть все сбывается! Все-превсе, что ни пожелаешь! А-а-а, я, по возможности, буду помогать в их реализации! И, конечно же, пусть в твоем мире светит солнце и пусть у тебя все будет на «отлично»!

И заканчивая последнюю фразу с ударением на последнем слове, Эйв указал лапками на впархивающего, словно в невесомости, в вагон муравья, который триумфально держал того самого мягкого розового слоненка, мирно сидевшего еще несколько минут назад у нее в лапках.

«О-о-ох, ну и дела-а-а! Денек сегодня выдался! Повально – одни твердокаменные загадки и головоломки!» – искренне обрадовалась и удивилась одновременно Амина, она с распростертыми лапками приняла, отметив про себя завистливые взгляды вагонных путешественников, умилительный подарок и мягко погрузилась в спасительное кресло. Ошарашенная взрывной волной сплошных сюрпризов, муравьиха хотела только на мгновение взглянуть на бесконечно мелькавшие синусоидой за скользким окном серо-оливковые холмы: то вырастающие в огромные, островерхие, горбатые, дремотные горы, то почти распрямляющиеся до шагреневого, полуголого, угрюмого степного рельефа, и бесследно тающие в пушистом ультрамарине горизонта, но мимолетный взгляд ее крепко-накрепко примагнитился, прилип и уже не мог оторваться от зачаровывающего, пробегающего мимо пейзажа.