Алерния. Артефакт Смотрителей

Глава 4

Мелодия вальса «Метель» Георгия Свиридова, исполняемая орденским оркестром на местных примитивных инструментах, звучала (если бы Вике предстояло оценить её четыре года назад, то есть незадолго до своей гибели и получения новой жизни) просто позорно. Однако не зря говорится, что на безрыбье и рак рыба. Когда оркестранты взяли коду, попаданка почувствовала подкативший к горлу комок.

– Ты меня совсем не слушаешь, наша повелительница. – Если бы декан Шленлер не выглядел раздражённым постоянно, то сейчас мог бы эту эмоцию продемонстрировать.

 – В следующий раз я того наглого болвана спущу с лестницы.

От личного участия в танцах Вика отказалась, а для особо непонятливых и отважных перед накрытым возле углового окна столом, за которым сидела великая магиня с ректором и тремя деканами, встали два орденских рыцаря и неприметная, как мышь под веником, девушка-ассасин. Подогретые вином студенты, не понаслышке знавшие, что иногда повелительница на подобных мероприятиях позволяет себе нисходить до участия в общем веселье, сегодня отчётливо понимали бесперспективность попыток добраться до Вики и удостоиться чести с ней станцевать.

– Уважаемый Шленлер, без обид, ты хоть теперь и крепкий мужчина в расцвете сил, но адмирал Эдорик способен сам спустить с лестницы и тебя, и твоего доброго друга-заместителя Генца, и всех твоих героических ботаников. Ты лучше расскажи, к чему вы с ним в итоге пришли?

При упоминании своего зама, вечно плетущего интриги, декан поморщился, словно лимон съел.

Попаданка намеренно упомянула Генца, чтобы испортить вечному брюзге настроение ещё больше. А что? Он-то вечно ей всякую ерунду говорит. Нет, в самом деле не в коня корм – повелительница Ордена старика омолодила, исцелила и пару раз своим волевым решением вытащила из устроенных ему ловушек, даже из медовой, а он после всего этого как был вечно всем недовольным занудой, так им и остался. Правда, преподавателем, учёным руководителем и исследователем являлся просто замечательным. Вика хоть на Шленлера и злилась, но высоко ценила.

– Подобрал я ему двадцать два студента с третьего курса и девять со второго из тех, кого могу уже летом представить на выпускной экзамен экстерном, – пробурчал декан. – Но юнги Эдорика пусть на общих основаниях поступают. Мне не нужны идиоты на факультете! – повысил он голос, перекрывая урезавший «Встречный марш» оркестр.

– А если я тебя попрошу? – улыбнулась повелительница.

Шленлер вильнул взглядом и кашлянул.