Алерния. Сестра

В полумраке их комнатушки, скудно освещаемой чадящей масляной лампой, Гнеш не разглядел, что монета появилась словно из пустоты.

– Сейчас отдам. – Мальчик, уже основательно переевший, с тоской посмотрел на оставшуюся на сундуке еду – глазами он это всё хотел доесть, а живот уже не вмещал.

Он поднялся и, обойдя стоявший между ними импровизированный стол, вновь прижался к сестре. Вика тоже обхватила его рукой и поцеловала в макушку, ощутив на губах горький привкус сальных волос.

Губы она вытерла, но вместо презрения испытала к этому худенькому мальчишке чувство жалости.

Была ли это у неё женская жалость? Вика не знала. Она вообще не сильно делила взгляды, чувства и поступки на женские или мужские.

Как по ней, так на помощь и доброту, подлость и предательство люди реагируют, исходя из своего характера и воспитания, а не из того, что у них находится между ног. И милосердие иногда стучится в сердца независимо от того, мужское это сердце или женское. Ум или храбрость, тупость или трусость – это всё тоже внеполовые понятия.

– Надо будет тебя хорошенько отмыть, – сказала Вика и тут же вспомнила, что ей самой бы помыться не помешало.

– А там, куда мы переедем, есть баня или ванна? – спросил Гнеш.

– Найдётся.

Место, куда они переедут, Вика уже спланировала. Вернее, таких возможных мест, которые её бы на первое время устроили, было два. Она их знала из памяти Неллы. Оба они находились в Заречном районе. Правда, нужны деньги, но с этим-то у Вики проблем не будет.

Гнеша она не бросит, твёрдо решила Вика. Может, даже попробует его научить, насколько это окажется возможным, тем навыкам и умениям боевых единоборств, которыми так щедро её снабдили. Получится или не получится, она не знала, но попробовать стоило. К тому же один в поле не воин, и помощники ей всё равно будут нужны. Так почему бы и не брат Неллы?

Зажав в кулаке полученные от сестры десять энн, Гнеш убежал снова на кухню.

– Где башмаки-то свои оставила? – хохотнув, спросил Половинка, глядя на её босые ноги.

Вика не стала спрашивать, где он оставил свою левую ногу до колена, вместо которой у Туя была отполированная деревяшка из винорской сосны – безумно дорогого материала, привозимого, говорят, с далёкого другого континента. – Выкинула. Они у меня совсем растрескались. Завтра новые куплю. – Вика изобразила присущие Нелле трепет и смущение перед хозяином Пустого причала. – Я вам принесла вашу долю.