Алерния. Выбор

Может, и наш добрый герцог Витор ещё жив. Мне соседка Крандия – у неё муж командир абордажной команды – говорила, что в порту среди капитанов судов ходят упорные слухи, что гленцы нашего герцога не убили, а только ранили. Поэтому-то большинство капитанов и владельцев морских торговых компаний не спешат признавать старшего виконта Дамана герцогом. Ты ведь слышала, что в порту абордажные команды оцепили оба района при гавани и никого туда из дворца не пускают?

– Да, – подтвердила Вика, – слышала.

На самом деле она не только там всё слышала, но и видела своими глазами, как посланных к порту кавалеристов Дамана чуть не убили.

Естественно, наблюдала Вика это всё, находясь в «Скрыте».

– Думают, что герцог жив. Никакие гленцы его не убивали. Держит его Даман где-то в подземной тюрьме дворца или ещё где-то там же. Мало ли в нём тайных комнат и апартаментов? Владетели, говорят, ни один старшего виконта пока не признал. Если это правда, что гленские твари не убивали или не смогли убить славного Витора, то, может, Даман одумается? Если нет, я даже не знаю, что нас ждёт.

Гленцы ведь не простят Датору попытку убийства их наследника. А у нас ни владетели, ни моряки не хотят признавать нового герцога. Начнут воевать, – Арана в который уже раз тяжело вздохнула, – да тут ещё эти перемены в дворцовом секретариате. А ты что орешки не кушаешь, Неллочка? Кушай, очень сладенькие.

– Спасибо, тётя. – Вика взяла орешек и почувствовала, как пальцы стали липкими. И теперь поняла предназначение небольшой плоской посудины с водой.

 – Правда, очень вкусно.

Арана была и права, и неправа в своих предположениях. В отличие от неё, Вика знала совершенно точно, что герцог Витор мёртв, но гленцы действительно не имели к его убийству никакого отношения.

Тётушке, как и остальным вьежцам, очень трудно было поверить в то, что Датор, любимчик горожан и солдат кавалерийских полков, чьим шефом и командующим он являлся, мог поднять руку на своего отца.

Но Вика не только в районах возле гавани побывала, но и во дворце прошлась и огляделась.

Под защитой заклинания «Скрыт» она стояла всего в паре шагов от Дамана, искренне рыдающего над телом своего отца, убитого по его же приказу.

Старший виконт плакал и просил прощения за то, что был вынужден так поступить ради спасения герцогства и своей сестры Урании.

Понять и простить своего сына Витор, естественно, уже не мог, а вот наблюдавшая эту трогательную сцену Вика мотивации Дамана не поверила ни на грош. Власти он хотел.