Попаданцы. Мир Таларея. Книга 1

На выходе графская чета столкнулась с большой (и ростом, и толщиной) женщиной, за которой мальчишка-слуга тащил тяжёлую корзину с овощами.

– Кинт, – с порога визгливым голосом обратилась тётка к банкиру, – я тебе сегодня только половину займа верну.

– Чуть не раздавила слониха, – пожаловалась мужу Прила, едва они протиснулись мимо огромного тела, и засмеялась.

В отношении слежки Лешик не ошибся. Парня – не того, что он видел в отделении, а другого – генерал приметил сразу же, хотя ниндзя действовал крайне умело.

Вот только граф ри Неров немагическому умению обострённого восприятия был обучен самим императором, и преследовать Лешика незаметно было задачей практически невыполнимой.

Впрочем, долго нагружать свой мозг использованием ассасинского умения соратник Олега не стал и на парня внимания вообще не обращал, больше приглядывая за супругой, чтобы та не наступила во что-нибудь неприятное и не стала жертвой очередного, ещё не лишившегося рук или головы воришки, которых в Чёрном Церне, как и в других портовых городах, имелось слишком много.

Отрубай не отрубай шаловливые конечности, умирать от голода никто так и не хочет.

С необходимыми делами капитаны и суперкарго растинского каравана за три дня не управились, пришлось задержаться и на четвёртый, так что посланники Олега успели за это время обойти почти весь город и побывать зрителями и слушателями множества развлекательных представлений.

Утром пятого после постановки на рейд дня корабли из Алернии подняли якоря.

Всё же не зря про растинцев сложилось мнение как о лучших мореплавателях. Лешик, как и многие, недолюбливал этих чванливых, хитрых порой до откровенной подлости и жадных республиканцев, но он честно отдавал должное их мужеству в терпении невзгод океанских походов, знаниям розы ветров и течений.

От острова и до самого Растина заклинаниям судовых магов «Воздушный Поток» сильно помогали попутный ветер и потоки воды под килем, так что в родную гавань караван прибыл уже через восемь дней.

Этот короткий отрезок своего путешествия сфорцевские аристократы почти всё время провели на палубе, любуясь океанскими просторами, чайками и то приближавшимся, то отдалявшимся побережьем родного материка.