Попаданец. Маг Тени. Книга 4

– Уже все тут про меня знают?

Землянин тронул коня к воротам, которые арбалетчик поспешил распахнуть.

– Обоз, который отвозил руду, вернулся три дня назад с этим известием. Наш лейтенант ждал кого-нибудь от вас. Госпожа, то есть ваша супруга ничего о нашей дальнейшей оплате не сказала.

– Решим этот вопрос. Сколько вас здесь?

– Три десятка. Ну, в смысле, вообще. Так-то тут двадцать и на железных копях десять. В полумиле отсюда. Дальше в холмы ехать. Через неделю меняемся.

Там посёлка нет. Только лагерь кандальников. А контора одна, вон она. – Показал он пальцем на здание в углу периметра, единственное крытое черепицей, а не соломой или дранкой. – Капитан наш на крыльцо вышел. Он вам всё подробно и расскажет, начальство-то рудничное всё сбёгло. Одна только писарка осталась. О, и она появилась. За командиром стоит. Видите?

– Всех вижу, – кивнул Андрей. – Не буду тебя больше отвлекать. Возвращайся к воротам.

Кроме конторы, на огороженной площадке находились два одноэтажных барака, вытянутых метров на тридцать каждый, похожие на портовые склады – с двустворчатыми воротами вместо дверей и редкими узкими оконцами почти под самой крышей, жилая казарма, склады, столовая для вояк и надзирателей, длинная выгребная яма с толстыми досками над ней, конюшня, колодец, дровник и даже кузня.

По всему этому пространству бродили не только бойцы и не скованные кандалами работники, но и какие-то женщины и девицы затрапезного вида.

В наёмники шли и семейные, однако увиденные Немченко представительницы слабого пола мало походили на законных спутниц жизни, явно это были вышедшие в тираж городские шлюхи, нашедшие себе прибежище в глухомани при невзыскательных мужчинах.

– Мне с вами? – уточнил свою задачу десятник.

Бойцы землянина, проехав ворота, вполне грамотно рассредоточились, образовав вокруг своего ола полукруг.

– Да, придашь юному господину солидности, – пошутил попаданец и поморщился при виде жуткого трупа.

В центре огороженного пространства устроили что-то вроде плаца и даже замостили его камнями и щебёнкой, а с краю вкопали четыре столба, три из которых пустовали, а на одном обвисло посиневшее голое тело какого-то бедолаги. Ноги его были обуглены от ступней до колен, а из вспоротого живота вывалились внутренности.